Книга Рядом с солью, страница 147 – Кэтрин Ваз

— Безблаг, – сказал Джон. – Оставь меня в покое. Сочувствую насчет твоей ноги.

— Тебе придется ее мне как-то компенсировать! – закричал тот. – Изувеченные солдаты дома не захотят покупать обувь парами! Им понадобится только одна туфля или один ботинок, так что я смогу начать бизнес по продаже обуви по одной, продавая левую или правую, а не пары! Но мне нужны деньги.

Джон совершил ошибку, рассмеявшись: не смог сдержаться. Он бросил взгляд на Алонзо и Фрэнка, которые теперь стояли, наблюдая за ними. Джон засмеялся сильнее над глупой идеей продавать такую обувь, над ужасным кошмаром Меридиана, над бесконечным бредом этого скользкого типа, одержимого постоянной аморфной тоской, которая усиливала его желание беспрерывно донимать Джона.

— Заткнись! – закричал Исаак. – Из-за тебя меня чуть не убили! Ты отказываешься признаться в том, что выдумал историю про мои грехи. Я не причинял тебе вреда, а стоило бы! Ты дважды подставил мою ногу под пулю! Мне следовало бы всадить пулю в то же место, куда ты всадил ее в капитана!

Пистолет Джона находился далеко. Его зрение затуманилось, и как будто какое-то насекомое из местных бесконечных южных полчищ укусило его в плечо сквозь рубашку. Со стороны Исаака мелькнула вспышка. Укус болел. В его желудке заурчали белые наросты, проросшие с первых дней голода. Алонзо и Фрэнк закричали, стреляя из своего оружия, а к Джону приближался Декстер Лумис.

Джон сказал:

— Декс, ты же погиб в Шайло. Я скучаю по тебе.

Пока кровь лилась Джону на грудь, Декстер сгреб в комок паутину и приложил ее к его плечу. Они помахали матери на другой стороне могучей реки. Он попытался передать ей свой голос. Она танцевала с пингвинами, и потерявшаяся глухая маленькая школьница Мисси Бейкер с волосами цвета абрикоса тоже была с ней.

Убитый в Меридиане мальчик потянулся к нему, и его голова превратилась в череп коровы, похожий на тот, который Джон видел на поле в округе Морган, когда задался вопросом, где же остальные кости ее тела.

Последним образом перед тем, как он потерял сознание, был Исаак, свернувшийся калачиком, как спящий младенец.

Когда он очнулся, над ним склонились Фрэнк и Алонзо. Когда Джон попытался сесть, спросив, стрелял ли в него Исаак, Алонзо толкнул его вниз и сказал «да», и хорошо, что они с Фрэнком были рядом, потому что Исаак целился Джону в голову после того, как всадил пулю ему в плечо. Фрэнк сказал:

— Исаак мертв. Тебе больше не нужно беспокоиться о нем. Ты был без сознания три дня, у тебя озноб и жар – врачу это не нравится, но он вытащил пулю.

Джон коснулся повязки, и от этого усилия его руки ослабели. Казалось, они прибиты к койке. Фрэнка окружала дымка, а Алонзо был окутан северным сиянием. Завораживающе. Очень. Воздух был таким густым, что стал бежевым. Койка стояла в углу под открытым небом, частично прикрытая планками от ящиков. На одной из них был штамп «Джем». Одурманенный, Джон вспомнил себя подростком в Джексонвилле во время нашествия цикад, происходящего один раз в тринадцать лет. Они вылуплялись из грязи после долгого сна, выскакивали из прерии, вылезали из садов. Дождь цикад падал с неба и с деревьев, как иллюстрация к книге Откровений. Копыта и экипажи перемалывали их в кашицу. Люди поскальзывались и падали. Лошади ломали ноги. Мешанина из цикад, хрустящих под ногами. Визг мальчишек. Спинки трещат, раздавленные тела под пятками. Жужжание. Атаки на сетчатые двери. Зеленые, черные и гноящиеся, они летали повсюду, пока не умирали. Их трупы среди цветов и скорлупки на верандах или в блюдах, плавающие в мисках с молоком, выпрыгивающие через открытые окна.