Онлайн книга «Рядом с солью»
|
— Я хотела спросить о письмах, которые не получила, я отправляла их год назад из Спрингфилда Джону Алвешу, он жил здесь до того, как уйти на войну. Вы тогда работали тут? — Мэри Фрейташ? Она не поправила его, назвав свою фамилию по мужу. — Джон все спрашивал, не пришло ли что-нибудь от вас, я его помню. Он слал вам так много писем. Я сам их штамповал. Этот парень, казалось, не способен на двуличие. Может, виновницей была Дотти, которая использовала своего племянника, чтобы наказать двух приезжих, осмелившихся попытать счастья в Иллинойсе. И когда стали приходить эти ужасные письма: сразу после инцидента с Гертрудой. Изгнанная женщина имела больше причин ненавидеть Мэри, чем кто-либо другой. Но знала ли она о конкурсе или азартных играх? И она бы скорее захотела избавить Спрингфилд от Мэри. Почтмейстер сказал: — Он пишет с фронта своей матери и сестре. – Заметив ее обручальное кольцо, он мягко добавил: – Многое идет наперекосяк в эти времена. Она согласилась. Какое значение имеет то, что она узнает имя виновника или виновников, здесь или в Спрингфилде. Это ничего не изменит. Когда Эдвард пришел домой, он спросил, хорошо ли прошел ее день. Конечно – а как прошел его день? — Надеюсь, ты не против, дорогая, но один студент прочитал статью, которую я написал о твоем отце, и спросил, разговариваю ли я с растениями так же, как он, и я немного пошутил, сказал, что ты пошла в него, а я нет. — Да? Немного пошутил. – Она не вошла в аудиторию, и он не мог ее видеть. Это казалось частью их новой способности чаще чувствовать правду друг в друге – резко, ясно. — Только немного. Ты ела? — Только немного. В ту ночь, когда Мэри двигалась на нем, он сказал, как ему жаль, что они поссорились из-за чего-то такого нелепого, как деньги. Она его гениальная невеста, и все совершают ошибки в бизнесе, в жизни, все это пустяки. Находиться рядом с ней – вот что дарует ему покой. Но почему ее собственное представление о покое было образом ее самой, парящей в одиночестве на поверхности соленого озера? Невозмутимый Отец Вод снова движется к морю[30] 18 мая–4 июля 1863 г 14-й Иллинойский полк присоединился к войскам Союза, осаждавшим Виксбург, и Отец Вод[31] не давал облегчения от жары. Ночи были ярко-красными от канонады. Генерал Грант больше не планировал штурмовать форты на утесах, где солдаты-джонни[32] оказались в ловушке. Люди Линкольна заполнили траншеи и бездельничали за люнетами в двенадцатимильном кольце вокруг Виксбурга, пока их артиллерия и канонерки перерезали линии снабжения с Югом. «Заморите их голодом, чтобы они сдались». Мужчин, женщин, детей. Сотни пещер были вырыты в желтых глиняных холмах, жители забивались внутрь с одеялами и стульями. Как в деревне луговых собачек. Парни в синей форме ютились в убежищах, похожих на соты, под деревянными и земляными крышами, не сильно отличаясь от врага, окопавшегося в городе, за исключением того, что они были менее голодными. Получается, Джон так долго выживал ради того, чтобы причислить себя к ответственным за то, что голодающие люди заперты в темнице. Его поразило недавнее кровопролитие, когда северяне попытались штурмовать укрепления южан, и их встретило такое сопротивление, что даже Грант сломался и решился на перемирие. Крики были настолько ужасными, что конфедераты тоже не могли их выносить. Отложив оружие, они приветствовали любезной болтовней солдат-янки, которым разрешили утащить своих убитых и раненых. 14-й Иллинойсский не был отправлен на тот штурм, но присоединился к спасателям своих изуродованных соотечественников: вонь от разорванных кишок была практически невыносимой. Джон поднял одного человека под мышки и увидел, как отделяется его нижняя часть. |