Книга Игра тайного Санты. Смертельный адвент-календарь, страница 3 – Пер Якобсен

— Ну а в целом да, ты права, Эбби. Перенаселенным этот Кримзон не назовешь, – отвечает он, позволив взгляду пробежать сначала по навесу над колонками, а потом по фасаду заправочного павильона. То и другое будто из прошлого века: изнанка заснеженной крыши ржавая, краска потрескалась, витрины не мыли, кажется, с тех пор, как Клинтон сидел в Белом доме.

— Похоже, мы приехали первыми, – говорит Адам, поворачиваясь к девочкам на заднем сиденье. – Как насчет пойти внутрь посмотреть, не торгуют ли тут конфетами?

Их реакция одновременно неожиданная и обидная: обе морщат носы и пожимают плечами, не потрудившись даже оторваться от мобильных телефонов.

— Да что не так с их поколением? – бормочет он, обращаясь к Бет. – В их возрасте я выкинул бы младшего брата из машины за пачку «Скиттлз».

Она снова улыбается, и Адаму кажется, что в его легкие после долгого удушья наконец-то начал проникать кислород.

— Ну, если ты все равно идешь, – говорит Эбби, – я не отказалась бы от колы.

— И я тоже! – вторит сестре Хлоя.

Адам косится на Бет, и та едва заметно кивает.

— Ваше желание для меня закон, ваши величества, – шутит он, театрально кланяясь девочкам и вылезая из машины. – Прошу, сидите и позвольте мне принести вам колу. Нельзя, чтобы вы напрягали ноги после такой длинной поездки, не правда ли?

Снег похрустывает у него под ногами, воздух по-прежнему полон танцующих снежинок. Время от времени одна из них оседает на щетине у него на подбородке и превращается в капельку ледянющей воды, которая, сбегая по шее, заставляет Адама ежиться.

Датчик движения на стене засекает его присутствие, стеклянные двери разъезжаются в стороны, и помещение за ними оказывается ровно таким, как и ожидал Адам. Там полутемно, лампа дневного света на потолке перегорела, и никто не потрудился ее заменить. Чуть ли не все полки припорошены тонким слоем серой пыли. Кафель на полу тоже грязный; несколько плиток расшатались и трещат под ботинками Адама, пока он идет к прилавку у дальней стены.

За прилавком кассир болтает с единственным посетителем – огромным мужчиной в комбинезоне. Тот держит газету, свернутую в трубку, в кулаке, одним ударом которого можно запросто раскрошить бильярдный шар.

Адам рассматривает вращающуюся стойку со сладостями в разноцветных упаковках и подходит к холодильнику у левой стены. Он небольшой, две полки почти пустые, но то, что Адаму нужно, все-таки есть: бутылка воды и две банки колы. Он подносит их к прилавку, где кассир, развернувшись к нему спиной, крепит на стену постер с сонным мужчиной за рулем и напоминанием, что на заправке за два доллара предлагается свежезаваренный кофе.

Громила в комбинезоне тем временем начинает читать газету. Стоит он прямо перед кассой – и никуда не сдвигается, даже когда Адам встает за ним и покашливает.

— Прошу прощения, сэр. Вы в очереди?

Мужчина поднимает голову и щурится на него. Потом – медленно – проводит языком по передним зубам, отчего у него приподнимается верхняя губа.

— А похоже?

На секунду ответ прямо-таки парализует Адама: он не может найти слов, не говоря уже о том, чтобы произнести их. Тот факт, что мужчина вблизи еще огромнее, тоже мало помогает.

— Я… хм… нет. Просто… ну, вы читаете газету и…

— А что, нельзя, что ли? Или вы считаете, что такой невежа, как я, вообще не умеет читать? Так, что ли?