Книга Волчий клан 3, страница 17 – Валерий Муллагалеев

— Выше барона вам не подняться по происхождению, однако владение землями никто не отменял. Вы не останетесь обделены, однако этот вопрос обсудите после первых результатов. Легенда вам понятна.

— Более чем.

— Мы рекомендуем вам выйти на беглого контрабандиста по имени Репей. Это бывший купец, который давно работает с оружием. Он сбежал с Арены, когда вы устроили там бойню, так что на базе этого сможете найти общий язык.

Я ничем не выдал себя, но внутренне напрягся. Замедленно кивнул.

— Когда выйдете на заказчика пособников предадим правосудию, — закончил Привратник.

И почему фраза «предать правосудию» звучит столь похоже на «предательство»⁈

— Я вас понял. Когда приступать?

— Сотрудник Канцелярии работает всегда, — чуть улыбнулся Привратник и приподнял бокал в знак прощания. — Хорошего отдыха, барон.

Отдых этот бал напоминал менее всего.

Лично у меня на уме был Гардарот, но оставалось побеседовать еще с одной персоной, желающей задействовать меня в своих планах.

Граф Каменский терпеливо дожидался окончания вечера, чтобы что-то мне рассказать. Покончив со всеми делами, я направился к нему.

— Вы хотели что-то обсудить, ваше сиятельство, — сказал я, найдя его.

— Да, барон. Но слов будет недостаточно, вы должны это увидеть. Вернее, почуять. Я не случайно устроил бал в этой усадьбе. Здесь находится моя галерея с фамильными реликвиями. Попрошу проследовать за мной.

С этими словами он повел меня длинными коридорами в закрытую для гостей секцию дома.

Граф Каменский шествовал передо мной с гордо поднятой головой, всем своим видом показывая, что он не просто провожатый, а владыка, почтивший меня приглашением в святая святых дома.

Он отпер тяжелую дубовую дверь. Коридор сменился галереей со стеклянными витринами вдоль стен.

— Фамильный музей, — проговорил Каменский и взмахнул рукой, зажигая магические светильники.

По центру зала тянулась шеренга разнообразных камней в человеческий рост — целые глыбы, угловатые, с природным узором. Среди обычных камней, отличающихся от булыжников только необычной расцветкой, были и кристаллы. Доставить сюда все эти махины могли разве что с помощью магии.

Подобное я видел в геологическом музее, а вот содержимое витрин напоминало музей исторический и даже палеонтологический. Мечи, древние латы из полированных медных и бронзовых дисков, пергаментные фолианты… здесь же громоздились скелеты чудовищ — пожелтевшие от времени, скрепленные штифтами, но до сих пор хранящие в себе грацию хищника.

Было видно, что Каменский любит Героический век. Пожалуй, Навьяр почувствовал бы себя в окружении этих вещей как дома.

— Впечатляет, — сказал я.

— Масштабы, конечно, не столичные, однако здесь найдутся экспонаты, каких вы не встретите больше нигде, барон, — проговорил он, словно экскурсовод, а потом добавил совсем другим тоном: — Бесценные родовые реликвии. Идемте же дальше…

Последний экспонат был спрятан от глаз в сейфе: хоть и в музейной галерее, но только для избранных посетителей. Каменский многозначительно на меня посмотрел и открыл дверцу.

На устланной бархатом полке лежало яйцо. Скорлупа была в волнистых разводах с оттенком побежалости — такие возникают на металле в местах сварки. Величиной яйцо было с дыню приличных размеров.