Книга Волчий клан 3, страница 1 – Валерий Муллагалеев

Еловая иголка больно вонзилась в нежную часть стопы между пяткой и пальцами. Репей сжал зубы, но не произнес ни звука и продолжил шагать вперед на полусогнутых ногах.

Он снял сапоги, чтобы подкрасться к Слейтеру, но переоценил свои способности. Что-что, а в подкрадывании он не мастак. Торговля — да, пороховое оружие — да. Бесшумное передвижение по лесистым склонам — идите в жопу, господа!

И все же надо было торопиться. Идти и быстро, и бесшумно. Репей шел, сжав зубы. Ему казалось, что нос сопит так, что охотник услышит приближение за сотню шагов.

Уже было темно, бал начался. Слейтер мог выстрелить в любой момент! Только осознание этого и подгоняло Репея, заставляло идти вверх по склону, колючему от хвоинок, да еще с камнями, мать их…

Когда к их контрабандистскому сообществу обратился Слейтер, Репей сразу смекнул, что к чему. Предупредить Лютикова возможности не было — времени в обрез. Да и чем поможет ему предупреждение? Репей видел винтовку и понимал, на какую она бьет дистанцию.

Ему удалось узнать, откуда Слейтер решил стрелять. Теперь оставалась самая малость — остановить его.

В какой-то момент Репею показалось, что всё напрасно. Сколько еще он пройдет босиком, ощупывая ступнями тропинку на предмет ломких веточек?

Что-то защекотало лодыжку, словно сороконожка. Репей скорчил гримасу, но не шелохнулся, перевел дыхание и опустил взгляд.

Натянутая нить… Сигнальная ловушка! Значит, он уже близко!

Репей перешагнул через растяжку и пошел вперед, слушая стрекотание кузнечиков.

* * *

Слейтер поймал в перекрестье прицела голову Лютикова.

Самое главное — нажать на спусковой крючок плавно, словно гладишь девушку.

Слейтер обожал этот момент. Переход от жизни к смерти, который рождается на кончике его пальца.

На медленном выдохе он напряг палец… и в этот момент заметил, что чего-то не хватает.

Пропал стрекот кузнечиков.

В следующий момент на шляпу Слейтеру обрушилась дубина.

* * *

Во время антракта я налил себе вина, чтобы промочить горло после танцев с Инессой.

— Ну здравствуй, барон Лютиков, — раздался знакомый высокий голос. Сейчас в нем не было холода и стужи, хотя такие нотки в голосе Свиридова не редкость.

Я обернулся. На Свиридове был голубой шелковый камзол, белизна сорочки резала глаз, как снег в солнечный день. Серьезное лицо гладко выбрито, бледно-золотые волосы убраны в длинный хвост.

— Приветствую, — улыбнулся я, пожимая протянутую ладонь. Рукопожатие было крепким. — Не скучаешь?

— О чем ты говоришь? Такие балы редкость в наших провинциях. И я рад, что виновник торжества ты. Кто бы мог подумать, что твои разговоры о баронстве так скоро сбудутся!

— Слов на ветер не бросаем.

— И то верно.

— Я не забыл о твоей поддержке, Гурий. Леса вокруг твоего Пригорского уезда теперь под моей защитой.

Он довольно кивнул.

— Это хорошо. Однако как бы волколаков там не стало больше, чем прежде. Говорят, в Красных Родниках видели новых.

— Даже если будет больше, никто не принесет проблем. Если будут проблемы на трактах, ну, разбойники там или еще что, только скажи — разберемся.

— Да пока справляемся, — отмахнулся он. — Главное, что соседи хорошие.

Раздался шелест бального платья, я уловил аромат тонких свежих духов. К нам подошла женщина лет тридцати пяти. Стройная, но фигуристая, с гордым декольте. Ее кудрявые золотистые волосы напомнили мне о девочке, за которой я гонялся, впервые обретя третью форму.