Книга Волчий клан 3, страница 101 – Валерий Муллагалеев

— Просто встали и ушли, — сказал я.

— Бросив все вещи, — уточнил Рюмин.

— Налегке.

— И куда же?

Я показал.

Следы, конечно, давно замело, но остался след, который видел я.

Он вел вглубь долины, в самое нутро чаши.

— Все ушли туда, — сказал я. — Разом. И не вернулись.

За спиной у меня негромко звякнуло. Я обернулся.

Влада стояла, опершись рукой о стену палатки, повиснув как тряпичная марионетка.

— Ваше сиятельство?

К ней поспешно подошел Игорь, протянул руку.

— Я в порядке, — резко сказала Влада и выпрямилась. — Немного устала. Мы третий день на марше, топаем как одержимые.

Она слабо улыбнулась Игорю и отстранилась.

Я еще раз втянул воздух.

От Влады пахло страхом. Но она не озиралась, не вглядывалась в сумерки. Не место пугало ее.

Так выглядит человек, который обнаружил у себя симптомы болезни, от которой, как он думал, он излечился. Влада словно прислушивалась к глубинным ощущениям внутри себя.

— Ночь, — буднично сказал Батыр.

— Заночуем здесь, — согласился я. — Можно не ставить свои палатки. С утра отправимся по следу.

* * *

Наутро дневной свет не сделал долину башен менее мрачной. Лишь подчеркнул покинутость и опустошение. Ветер все так же завывал в шпилях древних башен.

Вход мы нашли быстро.

След привел нас под скальный козырек, где песок кончался и начинался камень. И там, у основания каменного нагромождения, в тени, я почуял волну прохладного воздуха.

Тонкая холодная струя, тянущаяся из-под камня, в которой мой нос учуял воду, плесень, сырой камень и что-то нежилое, старое. Так пахнет из погреба, который давно не открывали.

— Здесь, — сказал я, приложив ладонь к стене. — Дует отсюда.

Батыр и Игорь расчистили песок.

И тут проступило.

В скальной стене был вырезан проем — прямоугольный, ровный, в два метра высотой. Края его были оплавлены и сглажены, будто камень поддался под чьими-то руками как мокрая глина. Известно, под чьими.

— Магия Земли, — констатировал Терехов. — Причем высшей пробы. Он прорубил вход там, где порода тоньше. Смотрите, тут пласт всего в пару саженей, дальше, должно быть, пустота — и спуск в город!

Игорь усмехнулся, проверил меч на поясе, размял плечи.

— Ну, стало быть, входим. Дверь-то господин Каменский нам открыл.

— Хрен, — сказал Рюмин. — Он ее закрыл.

Мы посмотрели туда, куда смотрел он.

Проем был запечатан.

Через несколько шагов проем перекрывал камень. Более темный, с иным рисунком, и лежал он не пластами, а сложным узором — десятки, сотни каменных осколков, сведенных вместе, вжатых друг в друга под странными углами, как мозаика.

И запах: сны и грезы, растворенные в бокале шампанского. Запах магии.

Рюмин шагнул вперед. Чуть помешкав, положил на эту стену ладонь. Постоял, словно прислушиваясь.

— М-да, — сказал он наконец. — Сложное. Влада, снимаю шляпу, иди смотри сама.

Она подошла, коснулась камня кончиками пальцев. Отдернула руку.

— Ого.

— Вот и я говорю — ого.

— Ну что там, уважаемые знатоки? — спросил я.

Рюмин повернулся ко мне, и на лице его не было ни капли обычной насмешки.

— Плохо, Лютиков. Это не просто камни, а магическая печать.

— Влада?

Она вздохнула.

— Аскольд наложил ее сознательно и с большим искусством. Блоки сцеплены между собой напряжением, и каждый держит соседа, кратно усиливая мощь. Чтобы снять ее, понадобится маг Земли не ниже четвертого ранга. Даже не заикайтесь о вихре — я не хочу помереть, пытаясь открыть эту дверь.