Книга Мифы близкого будущего, страница 37 – Джеймс Грэм Баллард

Нарастающая атмосфера беспокойства и неуверенности слегка ослабла на несколько дней после сообщений о серии природных катаклизмов. На севере Перу произошел оползень, в результате которого погибла тысяча жителей сельской местности. В Югославии землетрясение разрушило столицу одной из республик. В Атлантическом океане айсберги потопили супертанкер. Вопрос, робко заданный одной из нью-йоркских газет:

А ЕСТЬ ЛИ БОГ? Ассамблея Единой Веры сомневается

— был, во избежание скандала, задвинут на последнюю полосу.

За три недели до Рождества разразилась война между Израилем и Египтом. Китайцы вторглись в Непал, отвоевав территории, которые они совсем недавно оставили, находясь под очарованием того, что теперь называли махинацией «неоколониализма». Через неделю произошла революция в Италии – поддержанная церковью и военными, она сместила предыдущий либеральный режим. В Соединенных Штатах и Европе наметился рост объемов промышленного производства. В Северной Атлантике были замечены маневры советских ракетных подводных лодок.

В сочельник сейсмографы всего мира зафиксировали в пустыне Гоби мощный взрыв. Вскоре пекинское радио заявило об успешном испытании водородной бомбы мощностью в сто мегатонн. На улицах наконец появились рождественские украшения, тысячи универмагов украсились привычными фигурами Санта-Клауса и его оленей. В тысячах храмов, теперь открытых для прихожан, состоялись концерты рождественских песнопений.

В этой праздничной атмосфере практически незамеченной осталась публикация документа, названного официальным представителем Ассамблеи Единой Веры «одним из самых революционных, имеющих далекоидущие последствия религиозных заявлений за всю историю человечества», – рождественской энциклики, озаглавленной «Бог умер»…

1966

The Life and Death of God (альтернативное название The Rumour). Рассказ был продан в 1966 году в журнал Playboy, но был изъят из подготовленного к тиражу номера. Первая публикация в журнале Ambit, лето 1976 года.

14:15

Льорет-де-Мар^[5], апартаменты «Калифорния»

Я смотрю на безмолвный мир. В видоискатель кинокамеры, установленный на максимальную дальность, мне виден отель «Корал Плайя» в трехстах ярдах отсюда дальше по пляжу, залитому светом пустыни, таким густым и липким, что им можно бальзамировать фараона. Даже не верится, что море всего в нескольких футах от рамки видоискателя, – этот плотный, мучнистый свет как будто переносит меня в Карнак, в туристический отель недалеко от некрополя, где Хелен познакомилась со своим дантистом из Штутгарта и где началась эпопея с этой любительской кинокамерой. Настоящее домашнее кино. Впрочем, пока что все идет гладко – благодаря камере «Nikon Zoomatic», моему верному «никону» за две с половиной тысячи долларов, и услужливому продавцу в Барселоне.

Единственным трудным моментом было снять этот номер. Заметил ли подозрительный менеджер-швед, когда принес мне второй ключ от двери, хитроумные треноги и зажимы, которые я собирал у окна спальни? Как будто я готовил некое зловещее орудие убийства, что, впрочем, так и было. Но этот второразрядный апарт-отель – единственный, откуда есть хороший обзор. Шестнадцатиэтажный фасад отеля «Корал Плайя» должен точно вписаться в начальные кадры – через час автоматическая настройка крупного плана перенесет меня вдоль шоссе, мимо сотен припаркованных автомобилей и вытащенных на берег катеров на расстояние трехсот футов от моей цели – спальни гостиничного номера на одиннадцатом этаже.