Книга Мифы близкого будущего, страница 298 – Джеймс Грэм Баллард

Восемью этажами выше Элейн добралась до крыши и встала рядом с тяжело дышащими моряками. Едва переводя дыхание, она ухватилась за железные перила, вызывающе расставила ноги в ажурных чулках и улыбнулась мне сверху предельно враждебно – дивясь моей слабости и издевательски покачивая головой.

Разозленный ее неприкрытым презрением, я снова надавил на твердый мрамор. Стена не поддавалась, но когда я поднял руку, то заметил на поверхности свежую небольшую трещинку, отходящую от выцветшего куска известняка. Охваченный диким любопытством, я поднажал еще немного – и на моих глазах она разрослась до полноценной трещины. Она лениво поползла вверх с едва заметной скоростью, затем резко рванулась вперед, поднимаясь по стене, как по глыбе льда. Одним махом нарастив себе три фута протяженности, разлом играючи рассек декоративную лепнину – и стремительно подобрался к карнизу первого яруса.

Смеясь, я обеими руками надавил на мраморный бок. Что-то знатно захрустело, и я услышал отдаленный грохот – мрачный стон пробуждающегося существа в глубине башни. Трещина превратилась в зияющую щель; сквозь нее я мог видеть ботинки испуганного старика, отдыхавшего перед тем, как подняться на второй этаж с женой. Мне в лицо дохнуло пылью и крошащейся известкой. Вся башня задрожала под моими руками, и часть карниза пролетела по воздуху, сопровождаемая россыпью осколков, каждый – больше моего кулака.

Пизанская башня была близка к падению. Я в последний раз толкнул ее, выбросив вперед обе руки, и почувствовал идущую от самого ее фундамента вибрацию – основание раскололось. Я отступил назад, понимая, что здание вот-вот рухнет на меня, а затем посмотрел на крышу, где Элейн цеплялась за железные перила.

Башня прогнулась, ее колонны посыпались одна за другой, прямо как кегли в кегельбане. В последние мгновения, когда Элейн переваливалась через перила, я ясно увидел, как она всем телом склонилась ко мне – и выражение гнева на ее лице безошибочно сменилось, стоило ей заметить меня далеко внизу, выражением торжества.

На месте первой башни в настоящее время возводится вторая, финансируемая всемирным фондом, учрежденным вскоре после трагедии. Сооружение, установленное на неподвижном бетонном основании, уже доросло до третьего этажа – и уже демонстрирует скромный наклон, заложенный в нем изначально. Эта башня, поддерживаемая жесткой стальной арматурой, не упадет никогда, и через несколько десятилетий большинство посетителей забудут, что это не более чем точная копия.

Для меня, однако, первоначальная башня остается такой же реальной, как и прежде. Я часто просыпаюсь от ужасных снов, задыхаясь от того, что меня придавливает тоннами грубого мрамора. Тогда я напоминаю себе, что в тот день умерла Элейн. Я помню выражение ее лица – ту яростную гордость, что светилась в ее глазах.

Чувствовала ли она, что наконец одержала надо мной победу, и была ли счастлива видеть, как я был раздавлен каскадом обрушивающихся колонн? Я помню, как камни молотили меня по плечам, когда я тщетно пытался отступить от башни. В самый последний момент, как видно из одной любительской видеосъемки, сооружение будто прогнулось и взвилось в отчаянной попытке устоять. Потом град обломков пошел стороной, увлекая за собой Элейн и остальных. Колонны одна за другой обрушивались на землю, к самым ступеням входа в собор.