Книга Наследник Тумана. Том 2, страница 96 – Сергей Карелин

— Понял. Точнее, ни хрена не понял, но пока лезть не буду. Думаю, сами разберетесь.

— Спасибо.

Мара тем временем, окончательно устав от разговоров, подошла к пластиковой миске, которую Боров заранее поставил на пол. В ней лежали крупные куски сырой говядины. Рысь осторожно понюхала мясо, фыркнула и принялась есть с аристократическим достоинством.

Боров посмотрел на нее, потом на меня и нервно сглотнул.

— Я все же спрошу для личного спокойствия. Она людей ест?

— Да вроде не должна, — хмыкнул я.

— Очень обнадеживает, Койот, — проворчал тот. — Прямо успокоил.

— Она понимает, что можно, а что нельзя.

«Можно, если они враги», — отозвалась Мара в моей голове.

— Не сейчас, — вслух пробормотал я.

Боров устало потер лицо широкой ладонью.

— Ладно. Я, пожалуй, действительно не хочу знать, что это за тварь.

Он грузно поднялся из-за стола.

— Отсиживайтесь здесь пару дней. Пономарев выйдет на связь — будем думать, как вас выводить дальше. Еду и все необходимое будет приносить мой человек — это тот водитель, что вез вас сегодня. Условный стук ты слышал?

Я кивнул.

— Хорошо. Дальше сами должны понимать, что из квартиры лучше не выходить. Телефоном пользоваться только этим, — он кивнул на старый дисковый аппарат. — Но лучше вообще не пользоваться, звонить вам никуда пока не стоит. Ваши мобильные выключить.

— Уже сделали.

— Хорошо.

Он задержался у двери, положив руку на замок, и я невольно вздрогнул: во взгляде, обращенном ко мне, была искренняя тревога.

— Койот, слушай меня очень внимательно. Пока ты мертв, у тебя есть фора. Но если Волконские или их ищейки поймут, что ты жив и находишься здесь… Рязань станет не убежищем, она превратится в мышеловку. И закрывай дверь.

Я закрыл за ним дверь на все замки и вернулся в комнату.

Алена медленно опустилась на старый диван, сняла очки с простыми стеклами и устало потерла переносицу. Ее плечи поникли.

— Значит, мы снова прячемся, Миша, — устало подытожила она.

— Да.

— И долго?

Я посмотрел на старый телефон и на сытую Мару, которая уже свернулась клубком у двери.

— Пока мертвые не понадобятся живым.

* * *

В особняке Волконских царил холод, от которого не спасали ни пылающие камины, ни толстые персидские ковры.

Дмитрий Александрович стоял в своем кабинете. В руках он держал стакан с виски, лед в котором давно растаял. На столе позади него лежали несколько раскрытых папок — доклады, донесения агентов и распечатки с камер наблюдения.

Все складывалось в одну крайне неприятную картину.

Первая квартира Пономарева оказалась пустой. Адвокат ушел от слежки, растворившись в старых московских переулках. Алена исчезла из-под носа у охраны, а неизвестный мужчина, прорвавший родовую магическую защиту и носивший на пальце перстень Волконских, мог быть кем угодно, и даже ожившим мертвецом Михаилом Рощиным.

Дверь кабинета открылась. На пороге стоял начальник службы безопасности.

— Ваше сиятельство. Поступили срочные данные.

— Говорите. — Дмитрий не обернулся.

— Мы проверили всех, кто шел в частных караванах в день побега. Опросили наших агентов на складах и гильдейских точках. Один из проверяющих, работавший на выезде в один из медицинских караванов, опознал человека.

Дмитрий медленно повернулся.

— Кого?

— В документах он значился как Матвей Соколов, помощник экспедитора. Но проверяющий, получив фотографию Михаила Рощина, подтвердил сходство. Внешность была изменена, но агент уверяет, что это именно Рощин. Он когда-то пересекался с ним в Рязани.