Книга Наследник Тумана. Том 2, страница 130 – Сергей Карелин

Выйдя на улицу, мы сразу увидели у подъезда двоих крепких ребят — явно не здешних жильцов, учитывая их поведение, — и успели остановиться, поэтому они нас пока не заметили.

Чутье опасности: угроза

Целей: 2

Расстояние: 8 метров

Я попытался применить парализацию.

Вы слишком слабы для применения способности. Восстановитесь.

И тут Мара бесшумно вышла вперед. Воздух вокруг нее дрогнул.

Двое охранников одновременно повернули головы. Один успел раскрыть рот, второй сунул руку под пальто.

Ваш питомец применил ментальное воздействие.

Эффект: дезориентация, кратковременное подавление воли.

Первый замер, глядя куда-то мимо нас. Второй успел сделать шаг, но Мила ударила его рукояткой ножа в висок, после чего подхватила обмякшее тело и опустила его на асфальт. Я в этот момент уложил второго ударом в солнечное сплетение и коленом в подбородок.

— Быстрее, — выдохнула Мила.

Мы выскользнули на улицу. Пречистенка была совсем рядом.

Перед офисом Пономарева стояло трое. Большая часть людей, как я понял, убежала в ту сторону, где Семен устраивал свой спектакль.

Мара качнулась. Иллюзия собаки поплыла.

«Мара сделает страшно. Последний раз».

— Нет, — прошептал я.

«Надо».

Она шагнула вперед.

На секунду перед входом в офис возникла тень, которая сразу превратилась в жуткую тварь. Не такую огромную, как в саду Волконских, и не такую плотную, как в Тумане, но такую же страшную.

Один охранник отшатнулся. Второй выругался и вскинул оружие. Третий бросился бежать, отчаянно зовя на помощь, и этого хватило.

Мы рванули к двери. Первой Мила, я за ней. Алена следом, почти бегом и последней Мара.

Из входных дверей появился еще один охранник, перегородивший нам путь. Я уже тянулся к пистолету, но дверь распахнулась, и на пороге появился мужчина. Холодное лицо и безупречный костюм. В руке тяжелая трость.

— Внутрь, — строго приказал он.

Охранник попытался что-то возразить, но наткнулся на такой взгляд, что невольно отступил.

— Я старший помощник барона Пономарева, поверенного рода Волконских. Это мои клиенты!

Охранник шагнул в сторону, пропуская нас, и мы влетели в здание. Дверь закрылась за нашими спинами, и только сейчас я вспомнил, что на время не смотрел.

* * *

Офис Пономарева на Пречистенке выглядел так, как должен выглядеть офис человека, который ведет дела одного из самых знатных родов Российской Империи. Высокие потолки были украшены лепниной, а стены отделаны панелями из красного дерева.

В главном зале находился тяжелый овальный стол, на котором сейчас лежало несколько папок и массивная печать. На стене массивные часы с кукушкой неумолимо отсчитывали время до объявления воли покойного князя.

В зале уже собрались все.

Государственный нотариус, который должен был подтвердить передачу титула со стороны государства, — сухой маленький старик в черной мантии с серебряной цепью на груди. Рядом с ним представитель Государственного совета, пожилой граф Иван Владимирович Трубецкой с чопорным выражением на хмуром лице.

Екатерина Александровна Волконская сидела чуть в стороне. Высокая, тонкая, с идеально уложенными волосами и лицом, которое выглядело абсолютно спокойным, лишь только пальцы, сжимающие перчатки, выдавали ее напряжение.

Сергей стоял у окна. Бледный, злой, с дрожащей челюстью.

Дмитрий сидел во главе стола, как человек, который уже мысленно принял власть. На лице — приличествующая ситуации скорбь и пробивавшееся через нее легкое нетерпение.

Пономарев стоял рядом с нотариусом и, судя по кислому выражению лиц присутствующих, уже минут двадцать тянул процедуру.

— Согласно пункту девятому приложения к завещательному акту, — в третий раз повторил он, — необходимо дождаться истечения полного часа с момента официального начала процедуры, прежде чем признавать главного наследника отсутствующим.

— Поверенный злоупотребляет процедурой, — холодно сказал Дмитрий. — Наследник отсутствует. Более того, официально Михаил Рощин погиб. Мы все видели уведомление.

— Уведомление без тела не является абсолютным доказательством смерти, — парировал Пономарев.

— Не смешите нас, Андрей Иванович. Он пропал в синем Тумане.

— Именно поэтому я и прошу соблюдать процедуру.

Нотариус постучал пальцами по столу.

— Формально поверенный прав.

Сергей резко повернулся.

— Да сколько можно тянуть⁈

Трубецкой бросил на него ледяной взгляд.

— Сергей Александрович, процедура наследования не терпит базарной суеты.

Сергей побледнел еще сильнее и замолчал.

Дмитрий медленно поднялся и, посмотрев на часы, не мог сдержать довольной улыбки.

— Хорошо. Тогда зафиксируем: Михаил Александрович Рощин, также известный как Михаил Александрович Волконский, на процедуру оглашения завещания не явился.