Книга Беспощадная Игра, страница 78 – Джо Бреннер

Потрясенная, она замолчала.

Я провел правой рукой по ее бедрам, по бокам ребер, до передней части хоккейной майки, которая все еще злила меня. Левой рукой я нашел в кармане швейцарский армейский нож, открыл его, схватил за переднюю часть и начал резать.

Это заставило ее снова заговорить.

— Джек, какого черта, клянусь Богом, я...

Нет, этого нельзя было допустить.

Я быстро разрезал прочный полиэстер, стараясь не порезать ее красивую кожу, пока он не повис над ее руками.

Наклонившись, я разрезал ножки ее трусиков. Как только они освободились, я скомкал их и засунул ей в рот. Она пыталась говорить, пыталась выплюнуть их, но я засунул их так глубоко, что все, что она могла сделать, это бормотать.

Намного лучше.

Вернувшись к своей первоначальной задаче, я закончил разрезать майку, разрезав рукава, пока она не упала с ее тела, обнажив еще одну майку с высоким воротником. В основном удовлетворенный, я поднял куски, обошел сетку с другой стороны и встал перед ней.

Время для следующего шага.

Наполненный предвкушением, я встал перед ней и медленно разрезал майку на ленты. Нож соскользнул и порезал мне большой палец. Кровь капала на майку, и мой палец горел в месте пореза, запах крови вызывал легкую тошноту, но мне было все равно. Я смотрел в глаза Авивы, которые светились ярче, чем раньше.

— Вот что будет, если ты еще раз наденешь чужую майку. С этого момента, когда ты будешь приходить на мои игры, ты будешь носить мою майку и только мою. Не послушаешься меня — порежу что-нибудь похуже.

Например, игрока, чей номер она носила.

— Поняла?

Она что-то крикнула через скомканные трусики, но они служили надежным кляпом.

Я дал предупреждению подействовать, пока крошечные кусочки нейлона и полиэстера падали на землю. Она замолчала, наблюдая, как они собираются в жалкую кучу. Наконец, удовлетворенный, я закрыл швейцарский армейский нож и бросил его на лед.

Пришло время второго урока.

Подняв клюшку со льда, я проверил ее, сделав несколько пробных взмахов. Я никогда прежде не использовал ее для такого, поэтому мне нужно было убедиться, что угол и сила удара правильные. Я хотел оставить синяк, а не сломать ее.

Это было ново. Раньше я хотел только сломать ее.

Покачав головой, я сосредоточился на цели. Ее попка была круглой и сочной, обрамленной ямочками на бедрах. Бледная, розовая и просто просящая о том, что будет дальше.

— Это будет больно, принцесса, — предупредил я ее, а затем замахнулся.

Хлопок.

Лезвие прилегло прямо к ее попе. Звук был приятным, но ни в коем случае не таким приятным, как шокированный крик Авивы.

Я отступил и замахнулся снова.

Хлопок.

Еще один крик, частично заглушенный кляпом.

Хлопок.

Хлопок.

Хлопок.

Мой член, уже твердый от вида ее обнаженного тела, стал настолько твердым, что стало больно. Видеть, как ее щеки краснеют, слышать ее крики и вопли, было, пожалуй, самым возбуждающим, что я когда-либо испытывал в своей жизни. Я видел, как она давилась моим членом.

Хлопок.

Хлопок.

— Джек, нет, нет, перестань, пожалуйста... — она пыталась умолять сквозь трусики.

— Черт, — стонал я, останавливаясь, чтобы привести себя в порядок.

— Продолжай умолять, принцесса. Посмотрим, к чему это приведет.

Хлопок.

Хлопок.

Я потерялся в этом моменте, когда ее крики эхом разносились по огромной арене, наполненной холодным запахом льда, с ощущением невидимых зрителей, наблюдающих за ее наказанием. Все в этой девушке было самым горячим, что я когда-либо испытывал, и я собирался увести ее так далеко в темноту, что ни один из нас никогда не найдет выхода.