Книга Морской пастух. Реальная история китовых войн, страница 41 – Пол Франклин Уотсон

— Я никогда не подходил так близко, – сказал Джек.

Наша последняя встреча с флотом зверобоев в 1976 году состоялась в субботу, 20 марта. Мы поднялись в воздух на вертолётах к восьми часам в то, что казалось самым холодным днём из всех. Теперь, будучи ветеранами Лабрадорского фронта, наши пилоты направились прямо к флоту. Однако, оказавшись там, они убедились, что не нарушают двухтысячефутовый потолок amended (с поправками) Закона о защите тюленей и не приземляются где-либо рядом с тюленем. Примерно через двадцать минут зависания и кружения они выбрали место и зашли на посадку.

Немедленно подлетели два вертолёта Министерства рыболовства. Офицеры заявили Джеку Уоллесу и Бернду Фирнунгу, что они нарушили закон, приземлившись менее чем в половине морской мили от тюленя на льду и пролетев ниже двух тысяч футов над тюленями. Уоллес и Фирнунг горячо спорили с представителями правительства, пока я отошёл в сторону тюленей. Последнее, что я слышал, удаляясь от них, были требования пилотов показать им того самого тюленя и ответ чиновника, что тот нырнул в воду.

Мы двинулись по льду к действующему судну, которым оказался «Арктик Эксплорер». Это было, безусловно, самое кровавое и тошнотворное зрелище из всех, что мы когда-либо видели. Огромные сгустки крови застыли лужами на льду и местами даже проели во льду ямки своим теплом, прежде чем остыть. Сотни и сотни ободранных тел лежали нагромождёнными повсюду, их остекленевшие глаза смотрели с укором. Время от времени нам встречался скулящий выживший, прячущий голову за сугробом.

Внезапно, прежде чем мы успели приступить к действиям среди работающих зверобоев, оба наших вертолёта с рёвом подлетели. Они приземлились, и наши члены экипажа внутри поманили нас к себе. Все, включая пилотов, казалось, кричали одновременно.

— Белая мгла! – кричали они. – Белая мгла надвигается! Быстрее! Убираемся отсюда!

Люди из Министерства рыболовства позволили вертолётам преследовать нас, и теперь это была гонка с внезапной ослепляющей бурей. На полном газу, когда метель началась и усиливалась, мы пробивались обратно в Сент-Энтони, опасно скользя над самым льдом, а пилоты искали укрытие от ветра везде, где могли найти выступы. Казалось, что возвращение домой длится вечно.

Однако ещё до конца дня Королевская канадская конная полиция вызвала наших пилотов и официально обвинила их в нарушении Закона о защите тюленей. Их не посадили в тюрьму, но вертолёты были конфискованы. Два полицейских круглосуточно охраняли ограждение из верёвок, окружавшее машины. Залог за них был установлен в двадцать тысяч долларов, и нам потребовалась почти неделя, чтобы собрать деньги и снова вылететь к флоту. К тому времени Лабрадорский фронт отодвинулся за пределы нашей досягаемости, и мы поняли, что наша миссия окончена, так или иначе.

Мы вернулись в Оттаву, зная, что не спасли жизни многим детёнышам тюленей, но зная также, что подняли адский шум по поводу ежегодной бойни. Мы посеяли семена сомнения в умах довольно многих людей в Канаде и по всему миру и, что, возможно, лучше всего, потренировали наши протестные мускулы в благородном деле и получили больше знаний о том, как сделать лучше в следующий раз.

И следующий раз непременно будет.