Книга Крымский перелом, страница 30 – Эдуард Тен

— Хорошо, допустим. Но что мне делать с военным и морским министрами? Они ведь против его проектов почти в открытую. Ты знаешь это не хуже меня.

Александр вздохнул.

— Знаю, ваше величество. И в этом — главная беда. Военный министр — человек старой школы, осторожный, медлительный. Он цепляется за привычное, потому что боится нового. Морской — и того хуже: он не просто медлителен, он неповоротлив, как баржа. Они не саботируют сознательно, но их косность и боязнь риска тормозят то, что могло бы двинуть Россию вперёд на десятилетия.

Николай Павлович поджал губы:

— Ты предлагаешь мне сменить их?

— Ни в коем случае, — быстро ответил цесаревич. — Я предлагаю не заменять, а дополнять. Дать князю возможность действовать параллельно, вне их прямой опеки. Пусть его проекты идут своим ходом — под моим присмотром и вашим высочайшим благоволением. Когда результаты будут налицо, тогда и министрам придётся признать свою неправоту. Но время упускать нельзя. Князь прав: нам нужна своя сталь, свой паровой флот, иначе мы так и останемся отсталым придатком Европы.

Император помолчал долгую минуту, затем негромко проговорил:

— Ты слишком веришь в него, Александр.

— Я уверен в его делах, государь. И я готов отвечать за него своим словом — и своим кошельком. Если проекты провалятся, я потеряю не только деньги, но и доверие. А я не привык проигрывать.

Николай Павлович усмехнулся уголками губ:

— Что ж, поглядим. Князь был убедителен в своих доводах. Я не против его начинаний. Но учти: если что пойдёт не так, отвечать будете оба.

— Слушаюсь ваше величество, ваше величество, — поклонился Александр. — Иного я и не жду.

Прибыв к себе в Гурово, я приказал Леднёву собрать сведения об инженерах, хорошо сведущих в новых артиллерийских системах.

— Как обычно, срочно, Пётр Алексеевич? — усмехнулся Леднёв.

— Да, Алексей Дмитриевич, как всегда срочно.

— Исполню, Пётр Алексеевич. — Леднёв помолчал. — К тому же по старой памяти я знаю, где искать. Есть такой — молодой, да ранний.

Он сходил к себе, принёс папку и протянул её мне.

— Капитан инженер Щербаков Олег Вячеславович, — сказал он. — Двадцать девять лет, окончил Михайловскую артиллерийскую академию с отличием. Сейчас работает в артиллерийском комитете при Главном артиллерийском управлении. — Леднёв усмехнулся. — Он уже разработал несколько проектов, но начальство их зарубило. Слишком смелые, слишком дерзкие. Не вписываются в привычные рамки.

— А что за проекты? — спросил я.

— По сведениям, он предлагал создать новое полевое орудие с увеличенной дальностью стрельбы, более лёгкую конструкцию. И ещё — проект зарядного ящика, который можно было бы перевозить на одной лошади вместо пары. — Леднёв покачал головой. — Но наши генералы предпочитают старые, проверенные системы. Слишком новое, слишком дорогое и много суеты по внедрению.

Я задумался.

— Мне нужен именно такой человек. Не боящийся нового. Доставьте его ко мне.

— Слушаюсь.

Леднёв вышел, а я открыл папку и начал читать досье.

Капитан инженер Щербаков Олег Вячеславович, выпускник Михайловской артиллерийской академии, отличник. Служит в артиллерийском инженерном управлении. Слишком часто вступает в конфликты с начальством, отстаивая свои идеи. В досье значилось: «Способен, но упрям. Не умеет дипломатично доносить свои мысли».