Книга Служба имперской безопасности, страница 43 – Эдуард Тен

Я обвёл взглядом присутствующих.

— Изгои, отщепенцы и прочие отверженные — самая благодатная среда для вербовки. Князь Хованский — классический случай. Опальный, озлобленный, с именем и связями, но без будущего. Именно таких ищут иностранные агенты. Кто был вхож к нему в последнее время? С кем он встречался? Кто оплачивал его расходы? Это всё нужно проверить.

— Будет сделано, ваше сиятельство, — ответил Гессен.

— И ещё, — добавил я, — не ограничивайтесь только его ближайшим окружением. Проверьте всех, кто мог иметь на него влияние. Хованский мог быть не просто попутчиком, а пешкой в чужой игре. Мы должны узнать, кто держал нити.

Присутствующие закивали, делая пометки.

— Работайте, господа, — сказал я. — Время не ждёт.

После совещания полковник Лукьянов задержался.

— Пётр Алексеевич. После назначения графа Орлова начальником Третьего отделения наблюдение за графиней Орловой было снято и запрещено. Негласное наблюдение продолжил мой доверенный человек. Вы понимаете, чем он рисковал?

Я кивнул.

— Здесь материалы, собранные им, — Лукьянов положил на стол папку. — Сведения заставляют задуматься о многом. Мне кажется, есть связь между покушением на Бенкендорфа и графиней.

— Благодарю вас, Лев Юрьевич. Я ценю ваше участие и, поверьте, не забуду об этом. Как я понимаю, ваш визит ко мне тоже неофициальный?

— Естественно, Пётр Алексеевич. — Лукьянов выдержал паузу. — Вы знаете моё отношение к вам. Можете положиться на меня. Всегда.

— И вы на меня, Лев Юрьевич, — твёрдо ответил я, глядя ему прямо в глаза. — В этом деле мы с вами — одно целое. И я никогда не оставлю тех, кто рискует ради меня.

Лукьянов коротко поклонился и вышел из кабинета. Я проводил его взглядом и перевёл глаза на папку.

— Что ж, — тихо сказал я сам себе, — посмотрим, что удалось добыть.

А добыть удалось немало. Даже при поверхностном ознакомлении вырисовывалась картина, позволяющая с уверенностью связать графиню Орлову, графа Нессельроде и князя Хованского в одну крепкую цепочку. Человек Лукьянова добросовестно проделал свою работу, и, самое главное, Нессельроде выводил на английское посольство, в котором он был частым гостем. Конечно, он может сослаться на старое знакомство с послом и дружеские отношения, но не в этом случае. Слишком часто, слишком регулярно — и всегда в те дни, когда что-то происходило или готовилось.

Я углубился в чтение, и чем дальше, тем яснее становилось: передо мной не просто светские связи, а хорошо законспирированная сеть. Графиня Орлова — центр, мозг, связующее звено. Нессельроде — прикрытие и щит. Хованский — исполнитель, тот, кто подбирал людей, организовывал явки, передавал указания. Все трое связаны с английским послом Мичтоном.

Я почувствовал азарт погони, когда ухватился за реальный след. Вот она, нить, ведущая от взорванной кареты Бенкендорфа в роскошные гостиные английского посольства. И чем больше я читал, тем явственнее видел, как сплетались эти нити.

— Англичане, — думал я, перелистывая страницы. — Они обеспечили финансирование. Они дали исполнителей — профессионалов, не оставивших следов. Они же помогли с отходом и конспирацией. Хованский нашёл нужных людей из боевиков «Земли и воли». Нессельроде обеспечивал прикрытие и информацию о передвижениях Бенкендорфа. А графиня… графиня координировала всё это, оставаясь в тени, используя свои связи и влияние.