Книга Шайтан Иван 12, страница 101 – Эдуард Тен

В назначенный день Зоя вошла в ресторан в сопровождении капитана Володина и расположилась за соседним столиком — так, чтобы Антонио оказался почти напротив. Филети, как настоящий итальянец и мужчина горячих кровей, моментально отреагировал на красивую девушку. Зоя добавила своего воздействия — и в тот же миг почувствовала сильное давление со стороны объекта разработки. Он буквально пытался подавить и подчинить её себе.

Битва их взглядов длилась не меньше минуты. Внезапно взгляд Антонио стал рассеянным, и Зоя наконец смогла подчинить сознание этого неожиданно сильного духом человека.

Операция прошла не так гладко, как я предполагал. Антонио оказался крепким орешком. Зоя с трудом овладела его вниманием; Антонио подвела итальянская горячность — красота Зои, усиленная внушением, сломала его защитный контур. Филети оказался не слабым медиатором, способным воздействовать на психику оппонента.

Когда участники операции вернулись в квартиру Зои с заторможенным Антонио, сама Зоя была на пределе своих возможностей. Видя её состояние, я провёл лишь быстрый опрос, но и его результаты оказались просто замечательными.

Выяснилось, что графиня Орлова является посвящённым адептом итальянской ложи и занимает в ней высокое положение. Ею собраны и переданы в фонд ложи крупные пожертвования. Кроме того, она поддерживает связи с английскими и французскими масонами, и за ней признаётся высокий статус и значимость в иерархии итальянской ложи. Папа римский не только не запрещает деятельность ложи «Молодая Италия», но и тайно поддерживает её. Граф Орлов в дела графини не посвящён, но часто используется втёмную. Сам Джузеппе Мадзини прислушивается к мнению графини — особенно теперь, когда готовится революция в итальянских провинциях Австрии.

Антонио отвезли к итальянскому посольству и высадили. Зоя вывела его из гипнотического состояния; когда он вышел из кареты, она бессильно откинулась на спинку. Савва осторожно привёз её домой. Я напоил Зою крепким чаем с малиной и бренди, уложил в постель. Да, сам раздел, уложил в кровать и держал за руку, пока она не уснула. Её бледное, осунувшееся лицо говорило лучше всяких слов о том, как нелегко далось ей это задание.

Я держал в руке её тонкую кисть и смотрел на её лицо. По сути — одинокая и беззащитная перед лицом суровой и непростой жизни, она как могла боролась за себя, стараясь не утонуть в бурных водах жизненных перипетий.

— Отпустить её в свободное плавание? Уже не получится. Она — носитель такой серьёзной информации, что одно это её погубит. Только моя защита способна дать ей гарантию спокойного существования. Относительную, конечно, но всё же. Получается, что Зоя привязана ко мне крепче любых уз. Она сделала свой выбор. Добровольно. Прочь все эти ненужные переживания и заламывания рук.

— Командир, служанка вернулась, — доложил заглянувший в спальню Савва.

— Объяснил ей, что и как?

— Так точно. Сказал, занемогла барышня, завтра придёт в себя.

— Всё, уходим.

Капитана Володина я не стал посвящать во все тонкости работы Зои. Но он человек умный и догадливый — сам сообразил, что к чему. Впрочем, Володин свой, вполне надёжный. На мою просьбу перевести капитана ко мне полковник Гессен ответил категорическим отказом.

Зимний дворец. Кабинет генерала Бенкендорфа.