Книга Шайтан Иван 12, страница 100 – Эдуард Тен

Граф долго смотрел на неё, затем медленно поднялся.

— Хорошо, — сказал он глухо. — Я поверю тебе. Но ты должна выполнить условия императора. Публичные извинения. Полгода в Стрельне. Никаких выходов в свет. Никаких встреч с подозрительными лицами.

— Ты будешь следить за мной? — усмехнулась графиня.

— Я буду охранять тебя, — поправил граф. — Как делал всегда. А теперь — иди отдыхай. Завтра трудный день.

Он протянул ей руку, помог подняться. Графиня на секунду прижалась к нему, и в этом движении было столько боли и нежности, что у Орлова сжалось сердце.

— Всё будет хорошо, Ольга, — сказал он тихо. — Мы переживём это.

— Переживём, — эхом отозвалась она. — Но я никогда не прощу им этого унижения. Никогда.

Она вышла из гостиной, оставив графа одного. Орлов подошёл к окну, глядя в темноту.

— Что же ты делаешь, Ольга, — прошептал он. — И что мне с тобой делать?

Граф стоял мучимый думами о жене. И о том, что если сведения предоставленные императору князем Ивановым-Васильевым правда. Тогда это катастрофа. Ему стало страшно.

Операция по дискредитации графини Орловой прошла вполне успешно, но моя радость оказалась преждевременной. Я, как и сама графиня, недооценил её истинные возможности и влияние. Она сумела собрать вокруг себя всех значимых людей, сохранивших к ней дружеское расположение, и императора с императрицей буквально засыпали просьбами о смягчении наказания. Если императрица осталась тверда и последовательна в своей неприязни, то император начал поддаваться общественному давлению.

Стало очевидно: необходимо укрепить государя в окончательном негативном отношении к графине Орловой.

Она сделала неожиданный ход. Демонстративно прибыв в Зимний дворец, графиня — не без помощи супруга — добилась личной аудиенции у императора и императрицы. В присутствии малого двора она просила прощения за свои легкомысленные высказывания, уверяя, что они были сказаны не со зла, а по недомыслию глупой женщины. При этом она клятвенно заверила императорскую чету в своей преданности и пообещала более не беспокоить их своим присутствием — разве что их величества сами изволят её видеть. На что она будет надеяться и молить Бога, чтобы императорские величества даровали ей своё прощение. И это при том, какой гордячкой она слыла в высшем свете.

Я решил устроить для Антонио Филети медовую ловушку. Операцию нужно было провести быстро и неожиданно. Люди полковника Лукьянова уже выяснили его привычки: он часто обедал в ресторане Шульберта, славящемся французской кухней, причём вторник был тем днём, когда он непременно там бывал и проводил встречи.

Я встретился с Зоей.

— Здравствуйте, Пётр Алексеевич, — приветливо улыбнулась она.

— Здравствуй, Зоя. Мне нужна твоя помощь.

Она сразу стала серьёзной:

— Всё, что в моих силах.

— Не надо так напрягаться, — усмехнулся я. — Дело не сложное: заморочить голову одному субъекту и привести его сюда. Я расспрошу его — и отпустим. Даже до дому довезём.

Зоя немного расслабилась.

— В ближайший вторник он обедает в ресторане. Ты должна заставить его поехать с тобой. Я буду ждать здесь. Затем мы отпустим его, но нужно сделать так, чтобы он забыл всё — даже при желании не смог бы вспомнить. С тобой поедут Савва, он будет страховать тебя, и капитан. Ничего не бойся, работай спокойно.