Книга Мировая история риса. Белые деньги. Социально-политическое путешествие по рисовым полям, страница 72 – Франческа Грациоли

Термин «правительность», предложенный Мишелем Фуко, означает стратегии власти, действующие через самого индивида. Эта власть не принуждает, а побуждает меня верить в то, что я должен постоянно совершенствоваться, не задаваясь вопросами о системе в целом. Например, о современной системе питания, основанной на формах рабства. Я должен усердно работать, чтобы получить повышение, что даст мне доступ к еде, которая не будет меня отравлять.

Разумеется, эта формула работает не всегда. По мнению Фуко, власть больше не представлена монархом, который решает, кто должен жить, а кто – умирать. Она приняла более изощренную форму – самодисциплину. С переходом от деревенских обществ к индустриальным уже недостаточно просто иметь верных подданных – нужны эффективные, работоспособные и послушные люди.

Чтобы этого добиться, власть проникает внутрь человека, внедряя навязчивое стремление к повышению показателей собственной эффективности, продуктивности и здоровья. Этот процесс сопровождается появлением множества техник и дискурсов, которые применимы как к индивидууму, так и к обществу в целом.

В чем заключается их цель? В создании управляемого, предсказуемого и продуктивного населения. Это уже не просто вопрос политического устройства, а, можно сказать, физическое внедрение людей в экономическую систему. Необходимо сделать их функционирующими, эффективными и достаточно долговечными, при этом не разрушая их полностью.

Это похоже на научное управление жизнью, где даже простое действие – прием пищи – становится механизмом, влияющим не только на здоровье, но и на социальное положение и ценность человека^[147]. И, как это часто бывает, женщины оказываются в центре этой невидимой регуляции.

Эти размышления помогают лучше понять, как сегодня оценивается и формируется женственность в рамках строгой дисциплины, регулирующей наши блюда. Ведь тело женщины само по себе становится в некотором смысле пищей – не только тогда, когда она кормит ребенка, но и когда на него смотрит другой человек.

Легко заметить, что для соблюдения диеты не требуется никакого внешнего давления – зачастую достаточно взглядов окружающих и их постоянного внимания.

Еда рассказывает о том, кто вы есть. Но если вы женщина, она может еще и указывать на то, кем вы должны быть. И, к сожалению, никакие исключения не остаются незамеченными, как бы нам того ни хотелось.

Найроби раскинулся у моих ног. Я узнаю высотные здания, где бизнесмены заключают многомиллионные сделки. На улицах водители матату^[149] громко объявляют об остановках. Сидя на последнем этаже моего нового дома, я чувствую себя хозяйкой этого района.

В новостях сообщают о находке множества тел на свалке, расположенной на окраине города. Показывают фотографию мальчика, под которой стоит подпись «потенциальный серийный убийца». По последним данным, было обнаружено девять тел, и, кажется, полиция смогла раскрыть столь кровавое дело меньше чем за сутки.

Не успеваю я подумать, как неправдоподобно это должно звучать для любого, кто следит за новостями, как на мой телефон приходит короткое сообщение: «Сейчас не время задавать вопросы таксистам. Похоже, многие из них оказались предателями и шпионят в пользу правительства».