Книга Рожден, чтобы любить тебя, страница 17 – Элоиза Джеймс

У нее снова перехватило в горле. Она едва смогла заставить себя улыбнуться.

В ней снова поднялась злость, потому что он говорил о ее беде с таким безразличием. Слегка замаскировав презрение видимостью доброты! С тем же успехом он мог бы сказать, что мужчине, за которого она выйдет, потребуется собственный банк, чтобы оплачивать ее дурацкие покупки!

Значит, теперь он собирается найти ей мужа? Одно дело отвергнуть ее предложение. Но это было как пощечина. «Я не женюсь на вас, но я постараюсь сбыть вас с рук, навязав тому, кто сможет вас обеспечить». Доброта и оскорбление в одной обертке.

Но разве она может отказаться? Человек, которого он для нее отыщет, наверняка будет хозяином банка, вроде его собственного. Человек, который будет достаточно богат, чтобы скрыть правду о преступлениях ее матери.

От злости, пронзившей все ее существо, она почувствовала себя совсем больной. Правда заключалась в том, что ей действительно был нужен муж, которого он предлагал на замену своей кандидатуры. Ей повезло, что Парт предложил ей свою помощь!

И неважно, оскорбил ли он этим ее чувства или нет.

— Вам, должно быть, пора спать, — дрожащим голосом произнесла она.

Глаза Парта сузились, а рука сильнее сжала ее плечи, вынуждая сидеть у него на коленях.

— Я опять сказал что-то не то?

— Мне действительно нужен муж. Богатый муж. Очень богатый, чтобы покупать мне шляпки и изумруды. — О господи. Должно быть, у нее снова жар, потому что слова посыпались из нее, точно воробьи. — И надо, чтобы я ему нравилась, а не наоборот. Деньги важны, но и это тоже имеет значение. Я пыталась сказать Диане, как вы ко мне относитесь, но она не хотела слушать.

Она почувствовала, как он напрягся.

— Так это Диана отправила вас ко мне?

Она взмахнула свободной рукой.

— Неважно. — Она наблюдала за ним из-под ресниц. А он рассматривал ее, как будто она была колонкой цифр, которые нужно было сложить. — Я не ваша фабрика кружев, не надо за мной так пристально наблюдать.

Он улыбнулся уголком рта:

— Знаю.

— Не все так умеют, — заметила она.

— Что умеют?

— Улыбаться самым краешком губ. Если вы найдете мне мужа, тогда нам с вами незачем больше будет ссориться. Вместо этого я буду ссориться со своим мужем. С тем, который будет меня любить.

Он нахмурил брови.

— Полагаю, вы никогда не спорите с Элайзой, — продолжала она с внезапной тоской в голосе, а затем прибавила: — И это просто чудесно. И вы ее любите!

— Ее зовут Элиза, — невозмутимо поправил Парт. — Вы мне тоже нравитесь, Лавиния. Ничего, если я пощупаю ваш лоб?

— Почему бы и нет? Вы сидите здесь среди ночи. А я сижу у вас на коленях в одной ночной сорочке. — В ночной тишине послышался ее истерический смех. — Я просто уверена, что Диана решила бы, что в этом нет ничего такого, но ведь она ошибается, правда?

Ладонь Парта легла ей на лоб.

— Как приятно чувствовать вашу руку, — сказала она и вздохнула.

— Вам нужно выпить еще чая, — сказал Парт, поднимая кружку. — Но этот уже остыл. Не попросить ли экономку заварить вам свежего?

Лавиния откинула голову назад, опасаясь в душе, как бы она не отвалилась:

— Холодный лучше.

Заставив ее выпить две чашки чая из окопника, Парт уложил Лавинию на подушки, укутал в одеяло и снова уселся в кресло, стоящее возле ее постели.