Книга Печать пожирателя 8, страница 62 – Илья Соломенный

Справа к слону подошёл капитан стражи. Высокий, с кожей, почерневшей от солнца, в доспехах из чешуйчатой бронзы. Его лицо было напряжённым.

— Повелитель… — он понизил голос, но я услышал каждое слово сквозь гул толпы, — Твой сын… Это он подстрекал народ выйти сегодня. И это…

Он замолчал, глядя на меня с опаской.

Я знал, что он хочет сказать.

— … Это отвлекающий манёвр, — закончил я за него. Голос Ур-Намму звучал спокойно, почти лениво, но в нём чувствовалась сталь, — Он готовит что-то. Да?

Капитан кивнул, сжав рукоять меча.

— Он собрал жрецов Энки в Нижнем храме. Говорят, они…

— … пытаются разбудить то, что не должно просыпаться, — я закончил фразу, и капитан вздрогнул.

Он боялся.

Но не толпы.

Не моего сына.

А того, что этот идиот мог выпустить наружу.

Я посмотрел на зиккурат. На его вершину, где горел священный огонь, и произнёс:

— Мне нечего бояться.

В следующий миг земля дрогнула — но не от землетрясения.

От шагов.

Толпа на площади, к которой мы подъезжали, внезапно пришла в движение.

Сперва я подумал, что люди бросились врассыпную, испугавшись моего взгляда. Но нет — они расходились, как вода перед носом корабля. И из этих разрывов хлынули убийцы.

Они появились отовсюду.

Торговец, только что кричавший о неурожае, выхватил из-под плаща кривой нож. Старуха, ещё секунду назад корчившаяся в мнимой немощи, вскинула руки — и из её пальцев вырвались чёрные молнии. Солдат в потрёпанной форме стражи сорвал шлем — и под ним оказалось лицо мага с выжженными на щеках рунами.

Предательство.

Но я — Ур-Намму — не удивился.

Я ждал этого.

Первая атака пришла слева — три копья, заряженных смертельной магией, со свистом рассекли воздух, нацеленные в мою грудь.

Я даже не пошевелился.

Щит.

Воздух передо мной сложился, как бумага, и копья ударили в невидимую преграду. Деревянные древки рассыпались в труху, а бронзовые наконечники расплавились, брызнув жидким металлом в лицо нападающим.

Один из них закричал — но его голос тут же оборвался.

Потому что я сжал пальцы, и его сердце разорвалось в груди.

Толпа взревела.

Те, кто секунду назад притворялся простолюдинами, начали рвать с себя лохмотья — под ними оказались доспехи, татуировки боевых колдунов, амулеты. Они бросились вперёд, но моя стража уже развернулась, закрывая фланги.

Я знал, что им не справиться — потому что среди нападающих есть сильные маги.

Женщина в рваном плаще вскинула руки — и мои воины грохнулись замертво в песок, из их ртов вырвались клубы чёрного дыма.

Старик бросил под ноги слона горсть песка — и он ожила, превращаясь в рой острых, как бритва, насекомых.

А потом земля под нами начала проваливаться.

Я лишь усмехнулся, отпустил поводья, поднял руку — и весь мир взорвался.

Магия вырвалась из меня, как дыхание дракона — серебристо-бирюзовый вихрь, который не просто убивал — он стирал.

Дома вдоль площади вздыбились, как бумажные, и рассыпались в пыль.

Маги, только что готовившие заклятья, испарились — от них остались лишь тени на стенах.

Насекомые из песка превратились в стекло и осыпались дождём осколков.

А земля…

Земля горела.

Когда дым рассеялся, от целого квартала Ура осталась только выжженная пустошь.

Глиняные стены — сплавлены в стеклянные потёки.

Люди — исчезли, будто их и не было.

Даже кровь испарилась.