Книга На заставе "Рубиновая", страница 20 – Артём Март

— Старший сержант Селихов, — голос Хмельного прозвучал негромко, а как-то сухо, словно скрип несмазанной двери. — Вы должны были явиться к двадцати трём ноль-ноль. Сейчас же…

Я заметил, как взгляд Хмельного перескочил с меня на круглые, непримечательные часы, висевшие на стене.

— Сейчас час тридцать, — продолжил он. — Ну так объясните мне, Селихов, где вы пропадали эти два с половиной часа?

Он не пошевелился, лишь взгляд его, бесстрастный и строгий, упёрся в меня так, будто майор стремился прожечь в моём лице дыру.

— А самое главное, — снова заговорил майор после недолгой паузы, — что у вас с лицом, товарищ старший сержант.

Я выдержал взгляд майора. Делать было нечего. Когда я решил идти к сестре старлея Мухи — знал, что могу опоздать. Знал, к каким это приведёт последствиям. Оправдываться, лгать и тем более прятаться у меня не было никакого желания. Зато было достаточно времени, чтобы продумать и этот момент.

Наказание от начальника курсов, тем более серьёзное, — это прекрасный рычаг, которым Орлов мог бы давить на меня. А это значило — наказания нужно было избежать. Ну или как минимум свести к самому незначительному варианту. И как это сделать, у меня уже была идея. И такую возможность, возможность выйти максимально сухим из сложившейся заварушки, мне подкинул сам Орлов. Подкинул, когда решился на все эти дурацкие игры прямо тут, в училище.

— Товарищ майор, — спокойно и даже серьёзно начал я, — разрешите доложить обстоятельства, связанные с тем, что я задержался в городе и не явился ко времени.

— Докладывайте, — отрезал он, и в его тоне я услышал очень знакомые мне нотки. Нотки, которые звучат лишь тогда, когда опытный командир, привыкший слышать разную брехню от своих подчинённых, готовится услышать её и в этот раз.

«Ну что ж, майор Хмельной, — подумал я, — в этот раз вы просчитались. Не получится у вас поймать меня на вранье».

— В восемнадцать тридцать на остановке общественного транспорта, — начал я бесстрастно, словно докладывал о результатах исполнения боевой задачи, — я стал свидетелем нападения трёх гражданских лиц на гражданку. Принял меры к пресечению. После нейтрализации нападавших был принудительно доставлен на частную квартиру. Адрес уточнить не могу — не представилась возможность.

Майор Хмельной вдруг пошевелился. Выпрямился в своём кресле. Свет тут же упал на него, выдернул из тени черты лица — квадратный, волевой подбородок, слегка полноватые щёки, пушистые усы, небольшие карие глаза и высокий лоб с залысинами. Скучающее, усталое выражение на лице майора тут же сменилось напряжённым. Взгляд сделался внимательным.

— На квартире, — продолжил я ровно, — меня ждал мужчина, представившийся капитаном Орловым, а ещё — женщина-лейтенант. Наша беседа касалась предыдущего места службы и возможного сотрудничества. Мною было заявлено об отказе. После чего была оказана медицинская помощь. Этой самой женщиной. Остальное время занял путь до училища.

Я закончил и замер.

Хмельной поджал крупные губы. При этом усы его забавно встопорщились. Он засопел, сменил позу, облокотившись о левый подлокотник. Это сделало его широкие плечи какими-то кривоватыми. Резким, выверенным и очень экономным движением Хмельной приставил ближе к себе пепельницу. Потом достал откуда-то из ящика пачку сигарет и спички. Закурил. Взгляд его при этом сделался задумчивым. Хмельной отвёл его в сторону, глядя словно бы сквозь стол. Сквозь любые предметы, которые могли попасться на линии взгляда.