Книга Осень в Российской империи, страница 8 – Игорь Евдокимов, Александра Лавалье, Тимур Суворкин, и др.

— Что-то горьковата.

И перешел к соседнему прилавку, где снова попросил:

— А давай-ка твоей паюсной теперь испробую.

Лоточник отрезал ножом от плотной темной массы кусок и положил на подставленный хлеб. Дегустация повторилась — с тем же набором ужимок и гримас на лице, после чего ушлый мужичок огласил приговор:

— Неплоха, но слишком солоновата.

И пошел к следующему прилавку. Булки у него в руке оставался еще изрядный ломоть. «Пират» проводил его меланхоличным взглядом:

— Каждый изворачивается, как умеет. Между прочим, эти торговцы тоже преуспели в ухищрениях ради того, чтобы продать ненадлежащий товар. Это игра без победителя.

— Все — дырка от бублика, — притворно вздохнула девчонка. — А этот дурак с саквояжем сейчас останется без саквояжа.

— Хочешь вмешаться?

— Ни в коем случае. Это, как говорят, вне моих компетенций. Но посмотреть будет интересно.

* * *

— Вот тут я саквояж и оставил. — Аким Акимович указал на низкую лавочку перед входом в целительский шатер и даже заглянул под нее в надежде обнаружить пропажу. Под лавочкой обнаружился лишь конфетный фантик и шелуха от семечек.

— А почему вы его с собой в шатер не взяли? — спросил пристав.

— Так Антон Палыч сказал, что надо без багажа идти. А то порча на него перекинется.

— То есть вы просто оставили чужие деньги на видном месте на улице? — удивился Самарин.

— Во-первых, я никому не говорил, что там деньги! — Приказчик так же удивленно уставился на сыщика. — Во-вторых, я саквояж под лавочку припрятал. Ну и доктор сказал, что за ним присмотрят, пока он сглаз с меня снимать будет.

— И как же он это определил? — спросила Соня. — Он вам диагноз за минуту поставил?

— За пять секунд, — с гордостью ответил Аким Акимович. — Он мне рукой перед лицом провел — и я чихать начал без остановки. А это верный признак сглаза.

— Ну-ка, посмотрите на меня, любезный. — Самарин поманил приказчика пальцем, и тот приблизил лицо вплотную. Дмитрий провел пальцем по усам Рябинина, а потом внимательно рассмотрел палец. — Понятно, от чего вы чихали.

— От сглаза, ясно же!

Сыщик, не обращая на него внимания, повернулся к приставу и негромко сказал:

— Отправьте городовых, пусть поищут на ярмарке господина, переодетого Чеховым. Худощавый, темноволосый, борода клинышком, на носу пенсне. И, если я не ошибаюсь, в карманах у него будет перец.

Пристав отдал распоряжения, а Соня тем временем заглянула в шатер.

— А тут пусто! И куда же делся Антон Павлович?

— И правда пусто! — Приказчик тоже сунул голову внутрь. — Наверное, за снадобьями ушел.

— Что ж, он вас не долечил, выходит? — насмешливо спросил Самарин.

— Очень сложный случай, — вздохнул Рябинин. — Вот, смотрите, он тут на спичках мою порчу проверял.

Он схватил стакан, стоявший на низком столике, — там в воде, наполовину погрузившись, плавали несколько сгоревших спичек.

— Видите? — Аким Акимович встряхнул стакан. — Почти утонули! А когда он мне показывал — вообще столбами стояли!

Соня выловила из воды одну и переломила целый кончик в пальцах, потом показала остальным:

— Смотрите, тут булавка внутри. Неудивительно, что они тонут. А если держать стакан за дно, а в ладони спрятать магнит…

— Эк хитро придумано, — почесал голову пристав.

Приказчик выглядел слегка растерянным, когда поставил стакан обратно.