Книга Изгнанник, страница 62 – Женя Гравис

Соня лишь вздохнула и перевела разговор:

— Наша прогулка… вышла не такой, как ожидалось. Но все-таки что случилось с вами? Как вы себя чувствуете? Я могу чем-то помочь?

— Я давно заметила: когда ты не хочешь прямо отвечать на вопросы, то меняешь тему. – Тетушка поджала губы и вдруг издала ироничный смешок. – Моя прогулка тоже… вышла не такой, какой ожидалась. Мы с Мартой сегодня намеревались пройти горный терренкур. Ужасный маршрут, как оказалось. Эти спуски и подъемы там совершенно некстати. Я вывихнула палец.

Соня про себя облегченно выдохнула. Хорошо, что не перелом и не что-то такое же серьезное.

— Ох, мне так жаль. Что сказал доктор?

— Сказал, что необходимы несколько дней постельного режима. И холодный компресс. Слышите, милая? Холодный! А этот лед совершенно растаял.

Последние тетушкины слова относились уже к медсестре, которая, спохватившись, схватила компресс и, извиняясь, выбежала из комнаты.

— Не отдых, а катастрофа, – вынесла вердикт мадам Томилова, проводив медсестру мрачным взглядом. – Такое чувство, что Диос всемогущий испытывает или мое терпение, или самообладание.

— Мне казалось, вам нравятся прогулки с фрау Мартой. Вы стали гораздо лучше выглядеть в последние дни.

— Несомненно, моцион пошел мне на пользу. Марта сказала, что у меня просто неподходящая обувь. Кстати, она принесла каталог – закажи мне завтра утром туфли с посыльным из Тыргу-Муреша. Надеюсь, пары дней им хватит, чтобы привезти сюда нормальную обувь.

— Вы что же – собираетесь и дальше продолжать моцион?

— Софья, – тетушка смерила ее взглядом словно сверху вниз, хотя лежала на кровати. – Ты полагаешь, один несчастный палец способен сбить меня с пути? После кражи и мертвой женщины? Я приехала оздоравливаться и собираюсь посвятить этому весь остаток отпуска. Ну слава богу! Вы что – в горы за этим льдом бегали?

Медсестра, часто дыша, забежала в комнату с новым компрессом.

— Извините, мадам. – Она аккуратно пристроила влажный сверток на больную ногу и взяла книгу, которую оставила на стуле. – Вам почитать еще?

— Только не это. Чтобы, кроме моих конечностей, страдали еще и уши? Софья! Не стой столбом. Переоденься, приведи себя в порядок и почитай мне вслух. Раз уж ты гуляла весь день, энергии у тебя должно быть предостаточно.

— Конечно, тетушка, – улыбнулась Соня через силу.

Внезапное недомогание Леокадии Павловны стало еще одной неприятностью в череде событий, но позволило не рассказывать пока подробностей о сегодняшних приключениях в шахте. Конечно, тетушке придется о них поведать, но не сейчас. Надо обдумать, как помягче обо всем рассказать и где сгладить ужасные детали. Про револьвер, например, лучше не стоит говорить. А про арест Ковалинского, наоборот, стоит. Может, с этого даже начать рассказ. Это должно ее успокоить. Ведь того, кого подозревали сильнее всех в убийстве домны Каталины, теперь задержали, и он больше не опасен. По крайней мере, из последней беседы господина Станку и Рене Ламонта Соня поняла все именно так.

В своей спальне она прошла в туалетную комнату, открыла кран с холодной водой, набрала полную пригоршню и опустила туда лицо. Щеки горели – то ли от въевшейся соли, то ли от стыда за то, что снова придется врать.