Книга Изгнанник, страница 17 – Женя Гравис

Судя по энергичным движениям челюстей, она собиралась следовать совету доктора Шваба с поистине немецкой педантичностью. А сырой сельдерей, морковь и редька на тарелке должны были с таким же усердием помочь ей в этом.

И только по лицу Йозефа Фишера, аккуратно нарезавшего спаржу, было неясно – доволен ли он своим режимом питания или нет.

Ужин проходил в спокойном молчании, когда с соседнего стола вдруг раздался заливистый женский смех, подхваченный мужским, басовитым.

— Ах, Павлишор! Вы все же умеете развлечь даму! А притворялись таким суровым. – Домна Каталина хохотала, вызывающе запрокинув голову назад и встряхивая кудрями. – Какой прелестный анекдот! Я чуть не опрокинула бокал.

— Я закажу еще напитков, – подскочил второй из братьев Ковалинских, Андрей.

— Непременно! И икры! Сегодня я хочу черной икры!

Определенно, этот столик был самым оживленным на террасе. Домна Каталина, одетая в белое, собрала вокруг себя пятерых – обоих братьев, лохматого парижанина и еще двух мужчин. Судя по обилию разнообразных закусок и шампанского, никто из них не придерживался особой диеты. Напротив – они собирались предаться чревоугодию со всем воодушевлением.

Купец Король кинул печальный взгляд на соседний стол и коротко вздохнул, тыкая вилкой в вареную свеклу. Фрау Марта захрустела сельдереем с удвоенной энергией.

— А давайте… – Домна Каталина нарочно повысила голос, чтобы слышали окружающие, – давайте сыграем в «Истину или ложь». Чур, я начну! Однажды я танцевала в Мадриде с королем…

— И он после этого на вас не женился?

— Увы, как видите. Корона мне не досталась, лишь слезы короля.

— Я вполне могу представить себе монарха, рыдающего у ваших ног.

— Ах, Рене, вы так бессовестно мне льстите. Так что – было это? Или я все выдумала?

— Так бы ее и придушила. – Фрау Марта прошептала эти слова почти беззвучно, не переставая жевать овощи.

Соня расслышала, но сделала вид, что не обратила внимания. Тем более что Марта Грубе никак больше не отреагировала на веселую соседку и сосредоточилась на ужине.

Тетушка Леокадия покончила с едой, аккуратно сложила приборы на тарелке, промокнула рот салфеткой. Потом бросила короткий взгляд в сторону беспечного столика домны Каталины, поджала губы и придвинула к себе тетрадь в синей обложке.

Соня удивленно вскинула брови. Что – неужели не сделает ни одного уничижительного комментария? Не даст справедливую и язвительную оценку происходящему? Леокадия Павловна промолчала и начала строчить в тетради быстрым убористым почерком.

Следовало признать – метод доктора Снегура оказался поистине необычным. Если пока он не исцелил тетушку, но точно вывел ее за рамки привычного поведения, отточенного десятилетиями.

Соня осторожно просунула руку под стол и тихонько постучала по столешнице снизу восемь раз.

Чтобы не сглазить.

— В город? На станцию? С какой срочной надобностью, позволь узнать? – Тетушка замерла на миг с гребнем в руке, а потом с привычной невозмутимостью продолжила расчесывать волосы. Ежедневному туалету Леокадия Павловна всегда уделяла не меньше получаса.

— Я вспомнила кое-что очень важное насчет кражи, о чем надо рассказать сержанту Петреску. – Соня приврала совсем немного, так как действительно собиралась встретиться с жандармом. – Я в тот момент упустила, что, кажется, кое-кого видела. А теперь вспомнила.