Книга Тихий дом в Кедровом тупике, страница 94 – Анна-Лу Уэзерли

Слушая все это, я чувствую себя утомленным. Но Линна помогает мне понять. Нарисовать более четкий портрет Роберта Миллса. И того, кто желал ему смерти. И если она говорит правду – а я думаю, что это так, – тогда легко понять, почему этот человек желал ему смерти.

«Чтоб тебе, Вудс. Дело, видите ли, на пять минут».

— Ну, что думаете обо всем этом, босс? – спрашивает Дэвис, когда мы уходим из квартиры Линны Джордж. – Наш пострел везде поспевал. И как это у него получалось? Надо же, убедить стольких женщин… иметь жену и как минимум двух любовниц, плюс ребенок и работа…

Я прикидываю, подходящее ли сейчас время, чтобы спросить у Дэвис, в порядке ли она – как у нее дела дома и все такое. Но решаю не делать этого. Думаю, она сама потянется ко мне, когда поймет, что готова.

— Я считаю, Дэвис, что мы имеем дело не с обычным распутником или бабником. Этот человек был агрессором. Возможно, еще и социопатом, или нарциссом, или и тем и другим.

Я думаю о Лори Миллс. Если четыре года жизни с Робертом Миллсом уничтожили такую яркую, жизнерадостную, умную женщину, как Линна Джордж, то трудно представить, что восемнадцать лет делали с Лори.

— Тогда кто из них прикончил его, а, босс?

— Дэвис, если бы я знал, я бы не ходил в плохишах у Вудса.

— Вы всегда будете для Вудса плохишом, – со смехом говорит она, и тут звонит ее телефон.

Я отхожу в сторону, пока Дэвис разговаривает. Мне надо подумать. Я что-то упускаю, но не знаю, что именно. В день убийства никто ничего не видел и никто ничего не слышал. Нет ни записей с камер, ни свидетелей – ничего. Все косвенные улики указывают на Лори Миллс – у нее самый веский мотив, однако алиби не менее веское. Одеяло, сохранение тела в тепле, надпись на зеркале… Все это тщательно подготовленное убийство, а Лори Миллс… в общем, она не вписывается в профиль хладнокровного убийцы, обдумавшего все заранее.

Мне надо нанести визит ее психотерапевту, получить информацию о ее душевном состоянии. Мюррей дала мне фамилию врача, доктор Уэллс, психотерапевт в одной из клиник в Ислингтоне, специализируется на психологических травмах. Но сначала, думаю, мне надо снова побеседовать с Лори. Как бы ни было мне противно соглашаться со старым хмырем Вудсом, все же он прав: Лори Миллс и в самом деле является ключом ко всему.

— Мы едем в Кедровый тупик, – говорю я, переключая скорости. – Нам надо побеседовать с Лори Миллс.

— Босс… – Значительность в тоне Дэвис вынуждает меня на секунду оторвать взгляд от дороги и покоситься на нее.

— В чем дело, Дэвис? – спрашиваю я. Выражение на ее лице заставляет меня нервничать…

— В Клэр Райт, босс. – Ее голос звучит напряженно.

— Что насчет Клэр Райт? – Я чувствую, как сжимается мышца в сфинктере. Судя по ее тону, меня не ждет ничего хорошего. – Дэвис… что насчет нее?

Дэвис в ужасе смотрит на меня и прижимает руку ко рту. А потом разражается слезами.

Лори просыпается как от толчка и хватает ртом воздух. Бледный свет, проникающий сквозь шторы, говорит ей, что еще рано, и она ложится обратно на подушку. Ее дыхание поверхностное и затрудненное. Ей опять приснился Роберт. Во сне он лежал в ванной, его голова почти отделена от шеи, из открытой раны, поблескивая, сочится кровь, торчат кости и сухожилия, как будто она напала на него с топором. Она даже во сне видит выражение на его лице. Видит его глаза, те самые глаза, в которые она заглядывала миллионы раз, те самые прекрасные, коварные, лживые глаза. Они смотрят на нее, и в них шок, ужас и удивление. А может, и еще что-то, то, что она не может распознать. Что это? Знание… да, знание. Как будто он знал.