Книга Тихий дом в Кедровом тупике, страница 66 – Анна-Лу Уэзерли

Лори кивает и пытается быть благодарной. Моника всегда так добра к ней.

— Спасибо, Мон. Послушай, я действительно высоко ценю все то, что ты сделала для меня, спасибо тебе за заботу. И прости. Я знаю, что для тебя это лишние хлопоты. Я…

— Ш-ш, – перебивает ее Моника. – А для чего еще нужны друзья? Помнишь, как ты возилась со мной, когда не стало Дуги? Я бы не справилась, если бы тебя не было рядом.

— Ах, Мон… теперь мы вдвоем… – У Лори в душе поднимается отчаяние. Моника тоже так же страдала, когда потеряла Дуги. Это случилось за год до аварии, когда она жила в счастье и все было нормально. Его внезапная смерть от сердечного приступа опустошила и шокировала их всех. Оглядываясь назад, Лори радовалась тому, что трагедия – хорошо бы, если бы ее вообще не было, – случилась именно тогда, когда случилась, потому что в то время у нее хватало сил, чтобы помогать подруге, утешать ее и заботиться о ней, как Моника заботится о ней сейчас. Не дай бог, если бы это произошло после аварии. Она была бы абсолютно бесполезна. Обуза для всех. Именно так говорил ей Роберт. Бедный Дуги. Она вспоминала его, представляла его веселое, улыбающееся лицо, его жизнерадостный нрав. До сих пор трудно было осознать, что он вдруг вот так упал замертво. А ведь ему было тридцать семь. Не возраст.

«Господь забирает хороших и молодых», – вспомнила Лори, как говорила кому-то на похоронах, только вот забыла кому. Сейчас она не была в этом так уверена. Он забрал и Роберта. Ну, в общем, кто-то отнял у него жизнь. Полиция думает, что она. Может, это она? Надо бы попытаться свыкнуться с этой мыслью, с тем, что она, возможно, убийца. Интересно, не попадет ли она на какое-нибудь телевизионное шоу, например на «Женщины, которые убили»? А если попадет, какой ее там изобразят? Холодной, черствой и ревнивой ведьмой, и никого не удивит, что муж ушел от нее к другой?

Лори вспоминает КПЗ в полицейском отделении. Если бы не Моника, она бы до сих пор гнила в этом жутком месте, запертая, как зверь в клетке. Эти мысли воскрешают в ней гнетущий ужас, который от солнечного сплетения распространяется по всему телу и вызывает в нем дрожь. Она изо всех сил пытается обуздать эти мысли, но в голове у нее сумбур и смятение, и она не может сконцентрироваться на одной, как появляется новая. От огорчения ей хочется плакать. Складывается ощущение, будто из нее высосали всю душу, и она чувствует себя мертвой внутри, словно она провалилась в черную дыру внутри себя и видит только крохотную точку света наверху. «Оттуда не возвращаются», – говорит она себе. Она говорила себе то же самое и после аварии. Обратного пути нет. Но она вернулась, ведь так? Пыталась. Боролась изо всех сил. Ей никогда в голову не приходило, что в этой жизни или в следующей человеку может быть суждено испытать такое глубокое отчаяние, ярость, угрызения совести, стыд, ужас, боль и страдания, как те, что испытала она после потери своих детей, потери Майло и Нэнси, и вот сейчас… сейчас опять. Ей трудно понять, как все это произошло.

Лори смотрит в окно и страшится того, что ждет ее по ту сторону. «Все это страшная ошибка. Ведь они разберутся, да?» Полиция… пресса… родители Роберта? Сможет ли она заставить их увидеть все в правильном свете… понять?