Книга Тихий дом в Кедровом тупике, страница 52 – Анна-Лу Уэзерли

— Это умалчивание, – сухо замечает Дилейни.

— В частности, автомобильная авария, – продолжаю я.

— Тогда как получилось, что Лори Миллс не упомянула на допросе о том факте, что она примерно в то время, когда произошло убийство, отправилась в дом к своей соседке? Мне кажется немного странным, что она не попыталась оправдаться или обеспечить себе надежнейшее алиби.

— Согласен, Мартин, – говорю я, – но так обстоит дело. Кажется, Лори Миллс плохо помнит, что происходило после семи тридцати вечера. Как она навещала подругу, резала себе вены, поднималась наверх…

— Избирательная память, если хотите знать мое мнение.

Я не хочу.

— Вполне возможно, – говорю я.

— А почему она просто не позвонила ему, когда он не пришел – ну, своему мужу, – и не проверила, все ли с ним нормально? – спрашивает Мюррей. – Ведь это первое, что следовало бы сделать.

Я развожу руками. Если я за время своей работы что-то и понял про убийства и про состояние человека, так это то, что нет ничего очевидного.

— В обычных обстоятельствах – да, но отношения между Миллсами были очень сложными по своей динамике. Похоже, временами Роберт Миллз превращался в эмоционального агрессора, ему нравилось играть в интеллектуальные игры, морочить жене голову, манипулировать. Лори Миллс считала, что он не пришел намеренно – так она сказала Монике Льюис, – что он специально продинамил ее, что таким образом он упивался своей властью над ней. Она рассказывает, что они немного поговорили, вместе выпили вина, а где-то около десяти сорока вечера Лори Миллс вернулась к себе. Льюис утверждает, чтобы она проследила, как та дошла до своей двери.

— Кто-нибудь может подтвердить это? – говорит Дилейни.

— Нет, – коротко отвечаю я. Но я верю, что было именно так.

— К этому моменту она уже могла убить его, – размышляет Митчелл. – Она могла совершить убийство, переодеться, умыться, а потом пойти к своей подруге, чтобы обеспечить себе алиби.

— По словам коронера, предполагаемое время смерти примерно восемь вечера, может, чуть раньше или чуть позже. Моника Льюис утверждает, что Лори Миллс пришла к ней примерно в восемь пятнадцать. Учитывая состояние Лори Миллс, маловероятно, чтобы за пятнадцать минут она с такой яростью и жестокостью прикончила своего мужа, помылась и переоделась, а потом пошла через дорогу к подруге выпить и поболтать. Хотя и не невозможно. К тому же Моника утверждает, что на Лори было то же платье, что и тогда, когда мы забрали ее, и когда она пришла к ней, на нем не было ни пятнышка крови.

— Значит, вполне возможно, что кто-то проник в дом Миллсов, пока Лори была у своей соседки, убил Роберта Миллса и сбежал, – риторически говорит Дэвис. – И тогда как они проникли в дом?

— Да, это возможно, ну, мы пока не знаем.

— Она была пьяна, так? – говорит Митчелл. – Она могла забыть запереть дверь. Или оставила заднюю дверь незапертой.

— Тоже возможно, – соглашаюсь я. – Так что давайте не будем исключать кого-то постороннего. Кто-то мог наблюдать за домом. Они могли увидеть, что Лори ушла, и воспользоваться шансом. Миллс был бабником, так что не будем исключать ревнивого мужа, или поклонника, или даже отвергнутую любовницу.

Дилейни, как я замечаю, качает головой.

— Мартин, ты хочешь поделиться своими идеями? – Я насмешливо улыбаюсь ему.