Книга Ночная охота, страница 149 – Александра Кристо

Не по-настоящему. А может, вовсе не навсегда.

— Мы наблюдали за тем, как ты взрослеешь, и мы так гордимся тобой, Атия, – сказал отец. – Гордимся той женщиной, которой ты выбрала стать.

Я закусила уголок рта, и слезы залились в складки моих губ.

— Я очень сильно скучала по вам.

— О, Атия, – расчувствовалась мама. – Наша прекрасная Атия.

Ее глаза смотрели мне прямо в сердце, и, опустив взгляд, я заметила кровь. Густую и темную.

Она вытекала из меня, прямо как недавние насекомые.

— Ты можешь побороть это, – продолжала мама. – Зло теплится внутри, но у тебя есть сила, способная изгнать его. Поглотить и трансформировать.

Мелодия этих слов еще ярче осветила комнату.

Можно ли сильнее скучать по голосу человека?

— Выбор всегда за тобой, – сказал мне отец. – Тебе решать, что произойдет дальше.

— Я просто хочу быть с вами, – призналась я, боясь вообразить, что это мгновение когда-нибудь закончится. – Всегда, мы трое рядом – вот здесь. Прямо как теперь.

— Частичка тебя всегда будет с нами, – мама погладила меня по щеке. Я закрыла глаза, утопая в блаженстве. – Но бо`льшая часть тебя понимает, что еще многое предстоит сделать, Атия. Многое увидеть. Многое полюбить.

Я покусывала губы и вдруг почувствовала покалывание в руке, будто кто-то тянул меня к себе.

— Атия!– позвал знакомый голос. – Останься со мной, прошу!

Сердце колотилось так сильно, что готово было выскочить из груди.

— Все эти годы я невыносимо тосковала по вам, – чуть не рыдала я, глядя на родителей. – Я не могу снова потерять вас.

Папа с мамой дружно обхватили и крепко сжали мои руки.

— Ты никогда не теряла нас, – сказал отец. – И никогда не потеряешь. Если хочешь остаться и отдохнуть, ты вольна это сделать. А если хочешь побороться за большее… Решать только тебе.

«Но я хочу и того и другого», – подумала я про себя.

Только в глубине души я знала, чего хочу больше.

— Я так сильно люблю вас, – слезно попрощалась я.

А потом сделала выбор, позволив прекрасной обстановке вокруг меня исчезнуть.

Атия не шевелясь лежала на полу.

Силлиан с Тристаном склонились над ней, но, сколько бы они ни трясли ее, она не приходила в себя.

— Пропустите меня, – скомандовал я.

Богиня Дня облизала губы, возникнув между мной и Атией.

Когда моя мать, повелевавшая Балансом, исчезла, Имера осталась единственным препятствием на моем пути.

Теперь, спустя годы тирании и ярости, проклятий и жестоких наказаний ради насыщения жажды власти моих родителей, передо мной стояла лишь одна задача.

Единственная до боли ясная мысль.

Убей ее. Закончи это.

— Прочь, – прикрикнул я.

Я схватился за топор Кайны, и ее печаль пролилась внутрь меня. Мои руки скучали по родному кинжалу – Кадуцею, – зажатому в казавшихся безжизненными пальцах Атии.

Я хотел получить его назад.

Я хотел вернуть ее.

И я никому не позволю мне помешать.

— И к чему тебе мстить теперь? – спросила Имера.

Она оглядела освобожденных монстров, переживших первую световую атаку.

— Пленники на свободе, заклятие пало, и ты отомстил, забрав жизнь отца. Еще не конец, Эйон? Неужели тебе этого недостаточно?

— Отомстил?

Так вот чего, по ее мнению, я желал больше, чем справедливости и правосудия. Имеру так развратила роль создателя, отраженная в божественной сущности внутри нее, что ей сложно было представить, что можно хотеть чего-то не связанного с жадностью и эгоизмом.