Книга Хозяйка пряничной лавки 3, страница 32 – Наталья Шнейдер

— А что тут объяснять? Холостой мужчина поселился в доме замужней женщины. Любому дураку ясно, что именно это означает.

Секретарь ухмыльнулся. Тот, что сидел слева от председательствующего, длинно посмотрел на меня. Ветров, заметив это, приободрился.

— От меня она, значит, ушла, а черт знает…

— Господин Ветров!

— Прошу прощения. — Он демонстративно вздохнул. — Никаких сил душевных не хватит с этой женщиной. От меня она ушла, а невесть кого в дом пустила! Меня, законного мужа, простыней по лицу, а…

Он осекся, поняв, что наговорил лишнего.

— Поясните, — потребовал председательствующий.

Ветров вздохнул так, будто один тащил на плечах бремя всех грехов мира.

— Вы спрашивали, делал ли я попытки примириться. Я приезжал к Дарье множество раз и каждый раз получал в ответ только оскорбления! В предпоследний раз она отхлестала меня мокрой простыней по лицу!

Судьи переглянулись с нечитаемыми физиономиями. Я тоже постаралась сделать лицо нечитаемым.

— Вы подавали жалобу на оскорбление действием? — спросил председательствующий.

— Нет, конечно! Как можно жаловаться на собственную жену! Какая бы она ни была, она моя жена, данная Господом. Видимо, Он решил за что-то наказать меня. — Ветров снова картинно вздохнул. — И, будто мало того, она открыто сожительствует с мужчиной. Они сговорились, и этот тип, — Ветров ткнул пальцем, — спровоцировал меня на такую ставку, чтобы дать повод для развода! Он битые четверть часа рассказывал мне, как приставы опишут дом и вынесут последнее! Конечно, я ухватился за последнюю возможность сохранить имущество! Я вовсе не собирался проигрывать жену! Какова бы она ни была, она — моя жена.

— Господин Громов, вы действительно побуждали господина Ветрова сделать указанную ставку?

— Нет.

— Да десяток свидетелей слышало!

— Поясните, господин Громов.

— После проигрыша дома и движимого имущества господин Ветров заявил, что я не смогу получить выигрыш. Я объяснил, что потребую описи и обращусь к законным средствам взыскания.

Ветров воспрял.

— Вот! Слышали? Угрожал мне!

— Я сообщил вам последствия принятых обязательств, — ровно сказал Громов.

— И подзадоривал! Рассказывал, как последнее из дома вынесешь!

— Я не предлагал вам продолжать игру.

— Но продолжил, когда я предложил!

— Продолжил, — согласился Громов.

— Кто первым назвал Дарью Захаровну возможной ставкой? — спросил председательствующий.

— Господин Ветров.

— Вы до этого упоминали супругу господина Ветрова?

— Нет.

— Намекали, что примете ее вместо имущества или денег?

— Нет.

— Ты у нее живешь! — Ветров подался вперед, затараторил: — Я говорю, они давно сговорились. Он поселился у нее в доме. Она его не выгнала, хотя приличная женщина не стала бы держать под своей крышей холостого мужчину. Потом он довел меня до этой ставки, а теперь оба явились сюда рассказывать одну и ту же сказку.

— Госпожа Ветрова, господин Громов действительно проживал в вашем доме до карточной игры?

— Да, ваше высокопреподобие.

— На каком основании?

— Занимал отдельную половину дома как постоялец. За плату.

— Имелся договор?

— Имеется.

Ветров фыркнул.

— Бумажку написать недолго.

— Распорядились поселить господина Громова вы лично? — спросил тот, что сидел справа.

— Нет. Тетушка сдала пустовавшую половину.

— Зачем она это сделала?