Книга Клон. Запоздавшее счастье, страница 10 – Габриэлла Лопез

— Плыть?! — окончательно перепугалась Мел. — Тебе нужно немедленно к врачу!

Врач обнаружил у старой нянюшки катаракту.

— Ничего, она обычно зреет очень медленно, — успокоил он.

— Значит, я умру раньше, чем ослепну, — пробубнила Далва. — Ясно... Хорошее утешение!

— К чему такие мрачные мысли?! — вскричала Мел. — С ними нельзя жить! Надо бороться!

— Однако многим приходится жить именно с такими мыслями, —философски изрекла Далва. — Поскольку других просто нет, а жить, не думая, невозможно.

Мел стала присматриваться к нянюшке внимательнее и обнаружила, что все обстоит значительно хуже, чем предполагалось вначале. Далва начала плохо слышать, недопонимать сказанное ей, часто не реагировала на происходящее. Заметивший все это Шанди, который довольно часто приезжал к сыну, сказал как-то Мел:

— А тебе не кажется, что на Далву уже опасно оставлять ребенка?

— Не кажется, — резковато возразила Мел. — Есть вторая няня. Она всегда подстрахует.

— Вот именно! — хмыкнул Шанди. — Если есть вторая, помоложе и попроворнее, то зачем нужна первая? Вполне достаточно одной, но бойкой и разумной.

Однако Мел не согласилась с ним, хотя ей на мозги стала заодно капать и донна Жура, тоже частенько навещающая внука, и, наконец, сам Леонидас. Он вызвал к себе Мел для серьезного разговора.

— Ты довольна? — спросил он, пристально вглядываясь в лицо внучки, словно пробуя прочесть все ее тайные мысли и скрытые настроения.

— Да, — просто отозвалась Мел и улыбнулась.

— А ты не собираешься забрать к себе сына?

Мел немного смутилась и замялась. Не спрашивая никого ни о чем, она самостоятельно решила пока оставить Шанди-два в доме деда под присмотром двух нянюшек и Иветти. Педриньу тоже не возражал, даже слова не сказал об этом. Да и зачем ему липший груз в виде чужого ребенка? Так рассуждала Мел. Что думал по этому поводу ее второй мужи все остальные, ее не слишком заботило.

— Мне кажется, ему лучше у вас с Далвой, — наконец, сказала она.

— Вот-вот, именно насчет нее я и хотел с тобой поговорить, — недовольно ответил Леонидас. — Во-первых, ты можешь забрать Далву себе, а во-вторых... Во-вторых, она слабеет день ото дня, и я бы на твоем месте поостерегся доверять ей ребенка, тем более такого резвого и шаловливого, как Шанди. Увы, такова жизнь... Приходится мириться с ее жестокими требованиями.

— А по-моему жизнь, не так уж жестока, — возразила Мел. — Люди более жестоки, и намного. Зато обожают все всегда сваливать на эту самую жизнь. Потому что это очень удобно: жизнь ничего не отвечает.

— Она действует! — продолжил Леонидас. — И ее поступки по отношению к нам редко радуют.

— Так ведь мы все это заслужили! Все правильно! А насчет Далвы... Она так привязалась к малышу, что, мне кажется, если ее сейчас от него отлучить, она умрет от горя. Этого делать никак нельзя!

Мел была совершенно права. Далва, не имеющая собственной семьи и детей, отдавшая всю свою жизнь, все свои силы и время, всю свою душу семье Феррасов, искренне и справедливо считала ее родной. И расставание с ней, тем более насильственное, действительно могло йривести к необратимым последствиям. Но Леонидас не желал ничего понимать и ни с кем и ни с чем считаться.

— Пойми, все люди старятся, у всех начинаются болезни, слабеет память... Ну, и всякие другие гадости. Это естественно, и об этом необходимо всегда помнить. Разве ты не боишься за своего ребенка?