Книга Честнее не бывает, страница 29 – Джеймс Хэдли Чейз

— Да заткнись ты! – отрезала она. – Может, он любит творить добро. В этой дыре есть чего пожрать?

Я смотрел то на нее, то на него. Казалось, эти люди – с другой планеты. Мне вспомнился Парадиз-Сити: престарелые богатые толстухи со своими псинами, суета и мельтешение Сидни, чистенькая смазливая молодежь в выходных нарядах… И все же в этой отталкивающей сцене было какое-то гадкое очарование.

— Может, вымоетесь? – предложил я. – Тогда угощу вас обоих обедом.

Отпихнув Рею в сторону, парень шагнул вперед.

— Считаешь, я недостаточно чистый?

Моя неприязнь к нему вышла на новый уровень.

— Так и есть. От тебя воняет.

Глядя на это, Рея рассмеялась и встала между нами.

— Он мне нравится, Фел. Оставь его в покое.

Парень сердито глянул на меня из-за плеча сестры. Зеленые глаза его блеснули. Я ждал, пока он сделает первый ход. Очень хотелось его ударить. Должно быть, он прочел это у меня на лице: развернулся, пересек убогую грязную комнату, распахнул дверь и исчез.

— Вот тебе и «добро пожаловать», – заметил я. – Хочешь пообедать?

Рея внимательно смотрела на меня. В изумрудно-зеленых глазах горел глумливый огонек.

— Чувак, да ты не на шутку распалился! – сказала она. – Чтобы заполучить меня, одного обеда будет мало.

Услышав в ее словах дерзкое обещание, я усмехнулся:

— Найдешь меня в «Бендикс-отеле».

Вышел из домика и направился к машине, говоря себе: рано или поздно мы сойдемся. Ради такого приключения стоит и потерпеть.

Вернувшись в Люсвилл, я пообедал у Луиджи, а потом купил пакет винограда и отправился в больницу.

Сегодня Дженни выглядела повеселее. Когда я уселся на стул с жесткой спинкой, стоящий возле кровати, женщина радостно улыбнулась.

— Как все прошло? – спросила она, поблагодарив меня за виноград.

Я рассказал ей о встрече с Реей Морган, опустив некоторые детали. Мол, встретил, отвез домой, уехал. И добавил, что брат у Реи какой-то скользкий и мне он не обрадовался.

Но Дженни так просто не обманешь. Она пытливо вгляделась мне в глаза.

— Как она вам, Ларри?

Я пожал плечами:

— Непростая. – Хотелось показать, что Рея мне до лампочки. – Я сказал, что с вами произошел несчастный случай и я вас подменяю.

Дженни улыбнулась своей теплой улыбкой.

— Ей было плевать, верно?

— Да, ей было плевать.

— И все же вы не правы, Ларри. Люди ценят доброту.

— Эта не ценит.

— Верно. Но она же не одна на свете. Очень многие ценят доброту. А некоторые – нет. Рея – трудный случай.

— Вы, главное, повторяйте это почаще.

Мы молча смотрели друг на друга, а потом Дженни спросила:

— Что собираетесь делать? Вы же не останетесь здесь, верно?

— Скажите-ка: вот вы два дня в больнице. Сколько народу пришло вас проведать? Ну, кроме меня?

Конечно, это было некрасиво. Но я должен был спросить.

— Только вы, Ларри. Больше никто. – И она улыбнулась снова.

— То есть никто из этих старушек, что выпрашивают у вас подачки, так и не объявился?

— Вы ничего мне не докажете, Ларри. Это вне вашего разумения. Все они очень бедные, а когда идешь в больницу, принято нести какой-то гостинец. Им нечем меня угостить, вот и не приходят.

Я кивнул:

— Спасибо, что разъяснили.

— Как ваша проблема, Ларри? – внезапно спросила Дженни.

— Проблема? – Я не сразу понял, о чем она. А потом вспомнил, что я вроде как должен горевать о погибшей невесте. Что недавно я потерял желание работать, и дядюшка Дженни рекомендовал мне сменить обстановку. Последние два дня я об этом и думать забыл. – Похоже, у меня больше нет проблемы, – сказал я.