Онлайн книга «Человек-крыса. История маньяка Цутому Миядзаки»
|
«…похоже, он записывал всё подряд без разбора: телесериалы, аниме, передачи про айдолов. При этом на одной кассете могли быть аниме, реслинг и полицейская драма — для фаната это небрежность. Однако меня заинтересовало, что во многих работах, начиная с “Ультрамена” и “Камэн Райдера”, главные герои носят маски. Но хаос, который создавали эти видео, включая роскошный фотоальбом “Годзиллы”, и журналы вроде “Натуральное бельё молодой жены” — непонятно что, и картонные коробки с игрушками, которые он не использовал десятилетиями… — вот это и есть сам Миядзаки». Так позже говорил сотрудник полиции, анализировавший его психологию. Этот же сотрудник сделал такой расчёт по видеокассетам Миядзаки: «Судя по показаниям друзей, он начал серьёзно коллекционировать видео примерно с 1986 года, когда уволился и стал помогать по хозяйству. До этого у него было около сотни кассет. Значит, за три года до ареста количество увеличилось на 5700. Если предположить, что это всё копии, при цене пустой кассеты 600 иен, только на ленты ушло бы 3,24 миллиона иен, около 100 000 иен в месяц. Если бы он покупал лицензионные фильмы, то каждая кассета стоила бы значительно дороже, и только на них уходило бы на 5 миллионов больше. А если прибавить стоимость видеоаппаратуры, проката, журналов, комиксов, транспортных расходов и почтовых сборов для обмена с друзьями, то даже по самым скромным подсчётам Миядзаки тратил на видео не менее 300 000 иен в месяц». В другом источнике было указано, что примерно за полтора года до ареста количество увеличилось примерно на 4000 кассет. Если это так, то ежемесячные расходы могли быть ещё выше. «Это ещё не всё. Даже если взять среднюю продолжительность записи на кассете скромно — 1 час, то общая длительность составит 5700 часов. Если заниматься этим по 8 часов в день, то три года подряд нужно было бы посвящать видео более 10 часов в день. Значит, коллекционирование и копирование видео уже можно назвать его “работой”, а может, и самой “жизнью” или “обществом”». Так анализировал сотрудник полиции. И ничего не осталось Во-первых, скорее всего, Миядзаки хотя и коллекционировал видео, но не смотрел его. Учитывая его характер, он не мог одновременно копировать на одном магнитофоне и смотреть на другом. К тому же, сколько бы он ни бездельничал и ни возился с видео, у него просто не было времени его смотреть. На второй экспертизе он сам сказал: Эксперт: «Ты только собираешь?» Миядзаки: «Мне важно только ощущение, что пришло. Даже когда вижу само видео, нет ощущения реальности. Просто храню в ряд». Эксперт: «Без собирательства ты не можешь успокоиться?» Миядзаки: «Не знаю». Эксперт: «Наверное, ты хочешь сказать, что не успокаиваешься, пока не соберёшь… Разве ты не должен смотреть в первую очередь? А ты думаешь только о том, что оно пришло. Вроде бы нравится, но… не понимаю, что это значит». Эксперт: «А чувство радостного ожидания, трепет?» Миядзаки: «Не ноль. Как будто чего-то не хватает». Эксперт: «После того как дедушка заболел?» Миядзаки: «Такое чувство появилось после его болезни». Эксперт: «А до этого?» Миядзаки: «Было. Если было время, обязательно смотрел». Эксперт: «А когда записываешь дома, тебе тоже скучно?» Миядзаки: «Да. Передачи про монстров и детские — не скучно. Остальное скучно. Записываю, но… Всякая всячина есть, а среди неё детские и про монстров — поэтому терплю. Если бы их не было, было бы тяжело». |