Онлайн книга «Рай накануне»
|
До утра мне не дожить. В прямом смысле: меня выключает раньше. — Как пройти ночь? — спросил я в окно шестнадцатого витка, уже плывущее, уже тающее. — Сброс раньше утра. Как пройти ночь⁈ * * * Сутки семнадцатого витка я прожил на автомате, как машинист, который ведет состав по знакомому перегону и думает о своем. Витек. Карина. Сотка Эдрику. Кивок Кукушкину. Пиво Болотову — просто так, без фокусов: Болотов был уже в кольце, но его копия сидела у стойки, рассказывала Рамизу про Обь, и не выпить с ним я не смог. — За сыновей, — сказал я, поднимая кружку. — О! — обрадовался Болотов. — Наш человек! А у тебя сын есть? — Есть. Ванька. Восемь лет. — Держись к нему поближе, Дениска, — посоветовал он, и я кивнул, потому что именно этим и занимался все эти витки. В 23:29 перстень ожил. — Ты уже проходил ее, — сказал Мигель сквозь треск. — Один раз. Вспомни. Как в первый раз, Ден. Сделай все… Чернота… «Ты уже проходил ее. Один раз». В черноте не бывает ни времени, ни тела, но злиться там можно — проверено. Я злился и перебирал ту ночь, первую, настоящую, единственную ночь с пятнадцатого на шестнадцатое, которую мое сознание проехало насквозь и вынырнуло живым с той стороны. Что я делал? Я это уже вспоминал — на третьем витке, когда высчитывал время сброса. Тогда я вспоминал Славу КПСС и полночь. Теперь я вспоминал себя. Вечером пятнадцатого ноября я поссорился с Кариной. Она ушла на ночную вечеринку у бассейна, к своим одухотворенным, а я остался в номере — злой, униженный, с початой бутылкой рома из мини-бара. Ром кончился быстро. Дальше я пил виски, тоже из мини-бара, дорогущий, но мне было плевать. Я пил, как пьют не для удовольствия, а для наркоза, и где-то между шестой и седьмой сотней граммов я отрубился мордой в подушку, а проснулся утром шестнадцатого, в новом мире, с похмельем и обратившейся горничной за дверью. Пьяное, мертвое, отключенное сознание — единственное, что прошло сквозь ту ночь. Семнадцать витков я проживаю этот день трезвее, чем когда-либо. Я не пью ничего крепче пива, потому что день должен быть чистым: реакции, расчеты, скрипты, окно в 23:29, каждая секунда на учете. Я выстроил себя в идеальный инструмент контроля — и этот инструмент сбрасывается каждый вечер. А в ту единственную ночь, когда контроля не было вовсе, — я прошел. Может, совпадение. Может, тогда просто не было петли, и сравнивать нечего. Но Мигель сказал: «Вспомни». Мигель сидел в этой яме до меня, и ему удалось выбраться. Если он имел в виду то, что я думаю… Чтобы выбраться из петли, мне нужно напиться до беспамятства. И доверить свое спасение Тетыще… …пахло лавандой. Карина за стеной завела свои три ноты, и я, лежа под рыжей Австралией, впервые за все витки подумал о мини-баре. Глава 10 За завтра Впервые за восемнадцать витков я открыл мини-бар номера «Эвелин» и провел ревизию. Йо-хо-хо — початая бутылка рома с одноглазым пиратом на этикетке. Когда ополовинил ее, не помню. Впрочем, немудрено: прошло почти три месяца. Недешевый виски, джин, водка неизвестного филиппинского разлива, шесть банок пива и тоник. В филиппинском супермаркете все это стоило бы копейки. Например, ром — около ста песо. Сто песо — примерно сто рублей. Однако только пронырливые русские вдаются в такие детали, остальные отдыхающие жрут, что дают. Точнее, наливают. |