Книга Повелитель Стихий. Том 2, страница 33 – Ярослав Сай, Ленивая Панда

Имя упало в разговор, как камешек в тихую воду. Я сделал глоток и постарался, чтобы лицо осталось скучающим.

— Старше меня, уже известный по всей столице. И с такой же стихией, как у меня, — она смотрела в огонь. — Огонь к огню тянется, Рей. Когда он показывал свои воплощения, смотреть сбегалось полгорода. Мне тогда казалось, что рядом с ним я наконец-то на своём месте.

— И что случилось?

— Детская глупость, — Райс глотнула вина. — Одна из наших тусовок, только площадку выбрали на окраине, у самого трущобного пояса. Старбу захотелось вновь покрасоваться, показать публике, что он умеет. И… маленько перебрал с алкоголем, так что…

Она замолчала. Полено в камине треснуло, и Центурион недовольно повёл ухом.

— Трущобы вспыхнули, как солома. Пока подняли пожарные расчёты, пока согнали единённых воды… Выгорела половина района. — Райс говорила ровно, как читают чужой рапорт. — Точных цифр по людям мне так никто и не назвал. Думаю, отец постарался, чтобы я их и не услышала.

— А Старб?

— А Старб к утру уже летел в деревню к бабушке, — она дёрнула плечом. — Его семья умела быстро решать вопросы. Городу же требовался виновник. И виновник нашёлся: заносчивая фамильная девка, которая от скуки спалила трущобы. За мной к тому времени тянулся такой чёрный шлейф выходок, что поверили сразу. Все.

— И отец?

— Отец не спрашивал ничего, — Райс пожала плечами. — Его мало чего интересовало, кроме последствий. Через неделю меня уже везли к Краю, подальше от толпы и газетчиков. Условие возвращения мне озвучили в дороге — вернёшься, когда станешь такой, что сможешь дать отпор. Любому. И словом, и стихией.

Девушка подняла на меня взгляд, и в стальных глазах плясали отблески пламени.

— Знаешь, что я поняла за годы здесь? Слабые уважают только силу. Хоть толпа, хоть родной отец. Будь сильным, и тебе простят что угодно. Даже то, чего ты никогда и не делал.

Вертел бокал и молчал. Перед глазами некстати всплыла пещера — белое от жара копьё, а следом тишина и мороз. Загнал картинку поглубже и запил её вином.

— Забавно выходит, — Райс наблюдала за мной поверх бокала, и взгляд у неё был до неприятного внимательный. — Он сжёг мою жизнь и поехал дальше, довольный собой. А кончил в промёрзшей дыре за Краем. Ты ведь так и не рассказал мне, как всё было там, в пещере.

— Рассказывал, — возразил я. — Мне повезло. Старб в очередной раз позволил себе расслабиться.

— Угу. Четвёртая грань, десяток единённых за спиной. И тут ему взяло и «повезло», — Райс отсалютовала мне бокалом. — Однажды я вытрясу из тебя правду, Рей-из-ниоткуда. Все твои секреты, до единого.

— Договорились, — я отсалютовал в ответ. — С тебя вино, с меня сказки.

— Кстати, о сказках, — она поставила бокал и посерьёзнела. — Твой подснежник. Он оказался невероятно ценным. И именно благодаря нему я уезжаю отсюда.

Ценная видимо травка оказалась. Где-то в глубине моей души недовольно вякнула жаба, но я не придал этому значения. С самого начала прекрасно понимал, что отдаю не горстку пыли, так что нечего теперь жаловаться.

— Рад, что пригодился, — спокойно ответил я.

— Поэтому подарок второй, — Райс кивнула слуге, замершему у дверей.

Тот вышел и вернулся с плоским кейсом тёмного дерева. Замки щёлкнули, крышка поднялась.

На чёрном ложементе лежали метательные ножи. Восемь штук, тёмные клинки с матовым серым напылением, и вдоль каждого дола тянулась тонкая синяя жилка, мерцавшая в свете камина, будто под сталью текла вода.