Книга Повелитель Стихий. Том 2, страница 36 – Ярослав Сай, Ленивая Панда

Столпотворение у какого-то административного здания, куда, видимо, меня вели, было слышно ещё с угла площади. У крыльца ругались.

Дежурный писарь грудью держал дверь перед делегацией купцов, требовавших вернуть какие-то накладные, а мимо всей этой баталии, поднырнув под локти, внутрь просачивались люди с ящиками. Ящики тянулись из соседнего крыла нескончаемой вереницей, и по серым лицам носильщиков было видно, что таскают они их с самой ночи.

Внутри стояла жара. После улицы здесь было тяжело дышать — печи гнали тепло по золочёным трубам под потолком, окна запотели изнутри. В коридоре плавал запах сургуча и мокрой шерсти. Вдоль стены выстроилась очередь задержанных единённых, человек десять. Кто-то дремал стоя, кто-то вполголоса переругивался с конвоем. У самой лестницы пожилая дама в песцовой шубе требовала начальника и письменных извинений.

Строили это здание явно под тихую бумажную жизнь, с латунными табличками на одинаковых дверях и ковровыми дорожками в цвет стен. К нынешнему наплыву оно было готово примерно как курятник к нашествию волков. Меня провели мимо очереди без остановки, и люди в ней проводили меня взглядами, полными классовой ненависти.

Табличка на третьей двери слева ничем от соседних… впрочем, вру. Её недавно прикрутили — под латунью виднелись царапины от старых шурупов. «Дознавательный отдел». Свеженький, значит. Не удивлюсь, если переехал сюда специально под ночные события.

За длинным столом в кабинете сидел грузный мужчина лет пятидесяти пяти, с мягким домашним лицом. Перед ним возвышалась стопка протоколов толщиной в кирпич, а на стопке, как на постаменте, стояла жестянка с леденцами. Пока меня заводили внутрь, он успел выудить из банки леденец и глянуть на жестянку с тоской человека, мечтающего о тарелке горячего супа и десяти часах сна.

— Модест, старший дознаватель, — представился он бархатным голосом и подвинул жестянку ко мне. — Присаживайтесь, господин Реймонд. Леденец?

— Благодарю. Позавтракать мне сегодня уже вряд ли светит, так хоть что-то.

Леденец оказался с вишней. Модест одобрительно хмыкнул, будто я только что прошёл первую проверку.

По другую сторону стола расположилась девушка. Молодая, красивая той холодной красотой, от которой хочется застегнуться на все пуговицы и лишний раз не привлекать внимание, чтобы не попадать под поток критики. Форма сидела без единой складки, волосы были собраны так туго, что чуть подтягивали уголки глаз. Тонкие кожаные перчатки девушка не снимала даже несмотря на здешнюю духоту.

— Октавия, младший дознаватель, — она даже головы от бумаг не подняла. — Садитесь.

— Деточка у нас сегодня отвечает за протокол, — благодушно пояснил Модест.

Перчатки на секунду замерли над бумагой, а по идеальному лицу пробежала тень презрения. Всего на секунду, может даже на мгновение. Слово «деточка» явно задевало девушку.

Также в кабинете имелся и третий человек. Сидел он поодаль, у окна, за отдельным столиком. Не особо примечательной внешности, да и взгляд его даже не скользнул по моей персоне, продолжая что-то выискивать в своих бумагах.

Представлять мне его никто не стал. Просто третий. Просто у окна. Вот только Модест, прежде чем открыть папку, стрельнул глазами в его сторону, а Октавия развернула свой стул так, чтобы держать столик у окна в поле зрения.