Книга Повелитель Стихий. Том 2, страница 1 – Ярослав Сай, Ленивая Панда

Деймор встретил нас очередью.

Десяток машин в три ряда, заглушённые двигатели, водители, вышедшие пройтись по снегу от скуки. Конечно, досмотр проводился всегда, однако в большинстве случаев он граничил с формальным, а даже если и нет, то вереницы автомобилей у ворот не случалось никогда.

— Это что за похороны? — Герта подалась к узкому окну кабины. — Брамс, ты хоть раз видел, чтобы такая толпа стояла?

— Нет.

Поэтому за пару километров до поста я велел притормозить. Свидетелей не осталось, в Райс я не сомневался, так что стоило проявить небольшую осторожность и избавиться от последней улики.

— Отлить, — коротко объяснил я причину.

Скиф немедленно вызвался за компанию, но тут же был перехвачен Гертой за шиворот.

Остов старого гусеничного грузовика, располагающегося в таком ветренном месте, что снег не превращал его в огромный сугроб, я приметил ещё на выезде. Ржавая рама, вросшая в наст лет двадцать назад, гнутые двери, пустой капот, откуда вытащили все детали. Грузовик не представлял абсолютно никакой ценности, и флакон, расписанный золотистыми узорами, лёг в щель между рамой и промёрзшей резиной.

Десять стихийных кристаллов теперь находились в сохранности. Но даже если закладку каким-то чудом и обнаружат, то её ничто не свяжет с моей персоной. А значит, и посмертные ниточки Старба не приведут ко мне неприятных гостей из Первой высоты. Или откуда он там.

Пост досмотра изменился довольно сильно. Вместо пары человек под жёлтой лампой — четверо, судя по всему, местных, в чёрной броне, длинный стол с раскрытым журналом, а чуть в стороне — трое чужих.

Они заметно выделялись на фоне коренных обитателей крепости. Чистая форма без единого пятна, прямые спины и лица людей, которых по недоразумению высадили посреди помойки. У одного покачивался в руке простенький индикатор стихии холода.

Герта выругалась. Коротко, с чувством и почти без приличных слов. Смысл сводился к тому, что за такие порядки принято доплачивать, и причём тем, кто стоит в очереди.

Я спрыгнул в снег первым, на ходу вытягивая из кармана серый пластиковый прямоугольник, и находя взглядом… знакомое лицо?

— Так-так-так, — Балиор оторвался от журнала, и его кислая физиономия расцвела. — Кого это нам Буря принесла?

— И тебе доброго вечера.

Он забрал пластик, сверил рожу с фотографией, потом ещё раз, потом для верности в третий — видимо, надеялся, что за трое суток я успел стать кем-нибудь другим.

— Выезжали. Четверо. Вернулись… — он ткнул пальцем в воздух, пересчитывая нас по головам. — А ну стойте смирно, вы дёргаетесь.

— Четверо, — подсказал я.

— Это ты так говоришь.

— Это журнал так говорит. Ты его сам заполнял.

Найти к чему придраться у Балиора не получилось, хотя по лицу было видно, что очень и очень хотелось. Но в итоге, проверив и пластик моих подчинённых, он махнул рукой.

— Повезло тебе, что сейчас такая запара. Нет сил с тобой возиться, — после чего мужчина обернулся и посмотрел на своих сослуживцев. — С людьми порядок. Досмотр.

Корзины перерыли быстро — трава и трава. Потом один из местных кивнул на мой рюкзак, стоящий чуть обособленно от остальной поклажи.

Открыл его самостоятельно. Прятать ценную находку я не собирался. Если бы это был простой искаженный подснежник, то может я бы и попытался его скрыть. Однако Цветок Слёз защищал не только я, но и внимание Ариэллы, о котором трубил весь город.