Книга Время ветра, время волка, страница 91 – Каролина Роннефельдт

Квендели расселись по местам. Карлман пожелал устроиться рядом с Гортензией на кучерском сиденье, и она ему разрешила. Повозки тронулись, и мельник на светло-сером пони с фонарем на седле двинулся следом. Туман оставался густым, как и тишина, которая его сковывала, и снова до слуха путешественников доносились лишь рокот катящихся колес и поступь рысящих пони. Все успокоились и втайне надеялись, что так будет и дальше, пусть и приближались к живой изгороди, которая под острым углом подходила к дороге. Наконец, впереди из тумана послышалось тихое журчание, но путники не забеспокоились, ведь то шумели воды Сверлянки, подтверждая, что ворота Краппа, мимо которых несся бурный речной поток, совсем близко.

— Входите скорее, если вы не лесные тролли! – крикнула старая Йордис, встречая въехавшую во двор повозку.

Проверив, кто это появился из тумана и просит впустить, она вышла из караульной комнатки. Теперь Йордис стояла у ворот и приветливо махала рукой, а рядом с ней старый квендель в залатанном плаще встречал гостей торжественным поклоном. Как только Уилфрид фон ден Штайнен въехал в ворота на своем Снеговике, двое пожилых стражников вновь изо всех сил уперлись в высокие створки из цельного дуба. Крепкие ворота сторожки Краппа медленно и со скрипом закрылись.

Не прошло и двух лун с тех пор, как стражам пришло в голову закрывать ворота днем на большие засовы, впрочем, по ночам о них часто забывали. Ни егерь Лаурих, ни Моттифорды не обращали внимания на то, кто переходит реку по двум мостам и в каком направлении удаляется.

Проходили ли путники мимо, затем сворачивая на главную тропу, ведущую к усадьбе, отправлялись ли прогуляться излюбленным путем по берегу Сверлянки или просто двигались на восток – никто не знал. Теперь под курганом, где прежде устраивали семейные пикники, зияла яма, из которой Гизил Моттифорд выловил четырех путников, забредших в подземный лабиринт. На пологие луга у Сверлянки легла тень, ведь все узнали, что под ними пролегают зловещие туннели древних времен, забыть о которых было невозможно, когда собираешься беззаботно расположиться на луговой траве.

Надпись на гербе дома Моттифордов гордо гласила: «Неустрашим и вечен». Уже давно никто не проверял на прочность семейную неустрашимость, и вот Гизил собирался спуститься с несколькими крепкими помощниками в лабиринт, чтобы своими глазами увидеть большую погребальную камеру. Однако приближалась зима, и смелый план отложили до весны, когда даже не самый храбрый квендель сможет без труда пролезть под корнями. Так предположил Гизил и попросил Лауриха заложить дыру в земле каменной плитой.

Но с Волчьей ночью вернулось и ощущение угрозы, забытое за долгие мирные годы, и пришло время выяснить, смогут ли квендели защититься от нее, а если да, то как. Закрыть дыру в земле и поставить прочные ворота – очевидно простое решение. Однако многие сомневались, что этого будет достаточно, дабы не позволить мрачным теням прошлого проникнуть на луга. В конце концов, как можно удержать нечто неосязаемое?

— Святые трюфели, вы здесь совсем одни? – спросила Гортензия, которая первой вышла из экипажа, когда Йордис со спутником подошли встретить гостей.

Ответ был ясен: похоже, Лаурих в самом деле оставил сторожку на попечение престарелой служанки и столь же престарелого помощника из соседней деревни.