Книга По ту сторону тени, страница 172 – Каролина Роннефельдт

Однако, когда они собрались за домом и уже навьючивали пони, Эмбла вышла к ним с узелком в руках и закутанная в плащ – похоже, она все-таки собралась в путь с друзьями и хозяйка ее отпустила.

— Госпожа Холле прощается с вами – эти слова многое значат в потустороннем мире, особенно из ее уст, – объявила она своим будущим спутникам. – Она призвала меня к себе в последний раз и дала еще несколько советов, к которым нам следует прислушаться в дальнейшем путешествии. А еще она отпустила меня со службы.

Все заметили, как девушка вдруг побледнела. Это совсем не походило на радость и предвкушение возможного возвращения домой вместе с друзьями.

Не выдержав, Гортензия сердито спросила:

— Елки-поганки, мне бы очень хотелось узнать, чем ты тут занималась, с тех пор как бесследно исчезла в Баумельбурге?

Эмбла рассеянно кивнула.

— Я расскажу, но не сейчас, потому что теперь нам пора покинуть это место и…

— …следовать за вóронами, – нетерпеливо договорила Гортензия. – Это мы уже поняли и, к добру или к худу, подчиняемся их сомнительному руководству. Кстати, кто-нибудь заметил, что один из них сидит на верхушке того ужасного черного тиса за прудом? А другой вспорхнул вверх по крутому склону и приземлился на скалистый выступ, туда, где поднимается лес. Значит ли это, что там пролегает наш путь и мы теперь тоже должны взлететь?

Ее проницательная догадка оказалась отчасти верна, хотя отращивать крылья ни квенделям, ни животным все же не пришлось. Когда все собрались, Эмбла повела отряд вокруг пруда. Оказавшись на узкой лужайке на дальнем берегу, они снова остановились, как было условлено, и оттуда бросили последний взгляд на дом ткачихи, или Серой Ведьмы. Задняя дверь так и осталась приоткрыта, но проститься никто не вышел, только слева сверкнуло на солнце маленькое ромбовидное окошко. Карлман, а с ним и Эппелин с Гормом, вспомнил ночной вид на тисовое дерево – как выяснили квендели, для Серой Ведьмы то был путь в земли живых. Теперь дерево – или врата в другой мир – темнело всего в нескольких шагах от них.

В густой кроне раздался странный шорох, и квендели вздрогнули. Оглядев восьмерку подопечных, ворон взмыл вверх, крылья его с хлопкóм рассекли воздух. Синевато-черной тенью он в мгновение ока поднялся еще выше, пронесся мимо выстроившихся в ряд высоких деревьев и наконец приземлился рядом с братом, который теперь сидел в ветвях дерева на самой опушке. Птичьи крики прорезали тишину, приглашая следовать за собой. Но как подняться к ним без крыльев?

Эмбла шла так уверенно, словно не сомневалась, что по крутому склону поднимется даже пони. Путники один за другим исчезали в густой тени тисового дерева. Райцкер нырнул за пазуху к старику Пфифферу, а Арва позволила Карлману подхватить себя на руки. Траутман завыл, Нибелунг шарахнулся в сторону.

Квенделей внезапно охватил ледяной холод, он забрался им под кожу и, что еще хуже, прокрался в их сознание. Они с тревогой глядели то на густые ветви, то на землю, усыпанную ядовитыми иглами тиса. Возможно, Серая Ведьма попросту не до конца закрыла врата между мирами. Ничего не было видно, но чувствовалось, что всякого, кто оступится, поглотит глубокая яма. Квендели понимали, что идут шаг за шагом в тени Смерти и что им понадобится гораздо больше времени, чтобы выйти из сени этого на редкость толстого дерева.