Книга Уездные тайны или провинциальный детектив, страница 184 – Диана Курамшина

— Именно, – кивнул Бретцель.

— Пока личность Марии не была установлена, – перестал улыбаться Карцов, – юридически всё выглядело достаточно просто. Имелось завещание Капитолины Петровны. Главной наследницей названа внучка. Вы обе получили определённые суммы.

— Три тысячи мне, тысяча тётушке.

— Не напоминай так… будто это счёт в лавке, – раздражённо провела пальцами по краю чашки Ираида Степановна.

— Теперь выясняется, – продолжил Андрей Николаевич, – что главная наследница подложная. Настоящая Татьяна Анатольевна умерла задолго до составления завещания.

В комнате повисла гнетущая тишина – эта мысль всё ещё причиняла боль. Капитолина Петровна оставила почти всё внучке, которой уже не было в живых. Смотрела на другую женщину, разговаривала с другой. Может быть, даже любила другую. Умирала рядом с человеком, которого считала своей кровью. А Мария годами играла роль мёртвой девушки.

Мне снова стало не по себе, тётушка побледнела.

— Бедная Капитолина…

— Да... – произнёс Карцов и мягко накрыл ладонью свою чашку, будто грея пальцы. Никаких утешительных слов, и за это я была ему благодарна.

Александр Карлович продолжил – голос стал сухим, почти канцелярским:

— Мы сообщили обстоятельства дела предводителю дворянства, Фёдору Николаевичу Рюмину. Также поставили в известность вице-губернатора Аполлона Николаевича Волкова.

Тётушка невольно выпрямилась, и даже я почувствовала, как разговор разом перешёл в совсем другую плоскость. Предводитель дворянства, вице-губернатор, юристы – всё это звучало куда официальнее прежних допросов и розысков. До сих пор вокруг нас были полиция, жандармы, министерство иностранных дел, шпионы и убийства. Страшно, конечно, но всё это словно существовало где-то рядом с обычной жизнью, не до конца её касаясь. А теперь государственная машина добралась до самого понятного и болезненного: дома, земли, имущества и денег. До того, что можно пересчитать, переписать, отнять – и оттого неприятности вдруг стали более реальными.

— Зачем привлекли ещё и вице-губернатора? – осторожно уточнила Ираида Степановна.

— Размер имущества, обстоятельства дела, иностранная агентура, возможный судебный спор, – Карцов чуть развёл руками. – Слишком много вопросов, чтобы оставить всё на одного нотариуса.

— Лебедев тоже участвовал?

— Разумеется. Завещание находится у него. Его уже вызывали.

Я вспомнила круглого, аккуратного нотариуса, читавшего последнюю волю Капитолины Петровны под тяжёлыми взглядами гостей. Тогда три тысячи рублей показались мне подарком судьбы, теперь от одного воспоминания о деньгах становилось неудобно.

— И что решили? – тихо выдохнула тётушка.

Мужчины переглянулись между собой – и это меня насторожило. Карцов же вдруг проявил живейший интерес к своей вилке.

— Пока ничего окончательно... – кашлянул Александр Карлович.

— Это я уже поняла, – Ираида Степановна нахмурилась. – А предварительно?

— Юристы изучили положение… – Бретцель явно предпочёл бы снова драться с Гардингом.

— И?..

— Поскольку законной внучки, названной основной наследницей, на момент открытия наследства уже не существовало…

— Не существовало. – Тётушка болезненно поморщилась. – Господи, как вы говорите.

— Умерла, – исправился Александр Карлович чуть мягче. – И других близких наследников Киснемских пока не обнаружено…