Книга Вторая жизнь. На этот раз я не ваша, дракон, страница 71 – Майкл Скофилд

— Платье было бы первым, если бы бумажная лавка находилась дальше.

— Не стану разрушать красивую историю.

Я рассмеялась.

Он подошел, коснулся моей щеки и поцеловал.

Это было краткое, привычно возникающее между делами движение. Я еще не привыкла к тому, что близость может не требовать отдельного торжественного часа.

За ужином мы поссорились из-за расписания.

Рейнар сообщил, что утром поедет на встречу с бывшим сослуживцем, который мог подтвердить обстоятельства закрытия перевала. Я напомнила, что мы собирались вместе разобрать новый перечень вопросов комиссии.

Он сказал, что встречу трудно перенести.

Я ответила, что мое время тоже существует.

Мы оба замолчали.

Несколько недель назад я бы улыбнулась и переделала планы, а ночью злилась бы на себя за то, что мне вообще понадобилось внимание. Теперь положила ложку.

— Я могу перенести работу на вторую половину дня. Но хочу, чтобы ты спросил, а не сообщил, когда уже договорился.

Рейнар посмотрел на меня, затем медленно кивнул.

— Ты права. Я привык считать встречу, связанную с делом, важнее всего остального.

— Наш разбор тоже связан с делом.

— Да. Именно.

Он попросил меня изменить время.

Я согласилась.

Ужин продолжился.

Мир не разрушился от того, что я сказала неудобную вещь.

Днем двадцать первого июня нас снова вызвали к Весте.

На столе у нее лежало несколько новых книг — тяжелых, с одинаковыми корешками. Я узнала расчетные ведомости торговой палаты по форме полей.

— Поступили независимые записи по партиям кристаллов, — сказала она. — Часть сведений Габриэля подтверждается. В одной книге указан высший сорт, в складских записях происхождения — более дешевый, не рассчитанный на такую нагрузку. Номера партий совпадают.

Рейнар наклонился вперед.

— По перевалу?

— В том числе. Ваши рапорты включены в проверку. Но сейчас не станем смешивать восстановление служебного положения и дело об убийстве. Одно поможет другому, однако решения будут отдельными.

Он кивнул.

Я была рада, что она сказала это заранее.

Потом Веста показала нам подтверждение выплаты Каспару.

Восемь золотых.

Тридцатое марта.

Развоз пробных кристаллов.

— Расход попал в сводную книгу торгового дома, копия которой представлена в расчетную палату за тот период, — объяснила она. — Получение денег подтверждается. Реального груза и заказа под эту поездку пока не обнаружено.

Каспар, сидевший рядом с Эдой, опустил глаза.

— Я не возил ничего.

— Это мы слышали. Теперь проверяем.

Веста закрыла книгу.

— У нас достаточно оснований для публичного слушания по пересмотру материалов и связанным злоупотреблениям. Оно состоится тридцатого июня. До этого продолжим опросы и проверку исходных записей.

Я посмотрела на Рейнара.

Девять дней.

Всего девять дней.

После шести лет, которые могла помнить только я, этот срок казался неправдоподобно коротким.

Веста не дала нам увлечься.

— Господин Орсан уведомлен. Ему предоставлена возможность представить объяснения. Давление на участников я считаю вероятным, поэтому правила проживания и передвижения меняются.

Она развернула список.

Свидетелей размещали в охраняемых помещениях. Каспар сохранял право обратиться за независимым советом о собственной ответственности. Эда могла оставаться рядом, но давала объяснения отдельно от мужа. Наши документы находились в канцелярии, и выносить подлинники для каких-либо «дополнительных частных проверок» запрещалось.