Книга Развод. Невеста моего мужа, страница 40 – Ксения Хиж

Пусть увозят. Подальше от меня. И от Артёма тоже.

Я хотела бы выкинуть её из своей жизни, как выкидывают мусор, но она уже была частью моей истории, моей боли, моей ярости.

Рамиллу унесли на носилках, и в палате стало тихо. Я выдохнула свободнее. А потом снова села, хотела позвонить сыну, но побоялась его волновать. Он с бабушкой, он точно в порядке. Наверное. Я надеялась, что свекровь не скажет ему ничего лишнего. Надеялась, что он ещё не знает.

Вместо сына я набрала Маринку.

— Привет, — отозвалась та сонно.

— Ты была права, — хмыкнула я. — У него другая.

Маринка запыхтела возбуждённо в трубку, зашуршала

— Ну? Я же говорила! Наконец-то ты все узнала. А то ходила как дура, верила ему, терпела!

— Ну не заговаривайся, Марин, — отрезала я жестко. — Сосед у тебя юрист, кажется. Мне понадобится его помощь…

— Организуем! — заверила она. — Свободин за все ответит в суде! Я уж тебе помогу!

Я ухмыльнулась, но улыбка вышла кривой, злой.

— Спасибо, — сказала я и отключила связь.

Опустила телефон на колени, уставилась в стену.

Юрист. Суд. Развод. Сын.

Слова кружились в голове, как мухи, не давая покоя.

* * *

Через час за окном завыли сирены, пронзительно, страшно. Моё сердце сжалось от страха. Что-то загрохотало вдалеке. Взрыв? Или выстрелы? Я подскочила на кровати, больная нога отозвалась резкой болью, но я не обратила внимания.

Я всем богам, в которых уже не верила, взмолилась, чтобы поскорее убраться из этого места живой и невредимой. Чтобы Миша был в безопасности. Чтобы этот ад кончился.

И мой сыночек, как будто чувствуя мою панику, мне в этот самый момент позвонил.

Я схватила телефон дрожащими руками, прижала к уху.

— Мишенька, мой родной! — выдохнула я, и голос мой дрожал от облегчения и страха одновременно.

— Мам! — вскрикнул сын, и в его голосе было столько боли, столько злости, что у меня всё внутри оборвалось. — Не смей бросать моего папку! Слышишь, мама?!

Я в очередной раз за последнее время выпала в осадок. Слова застряли в горле, воздух кончился. Сын, мой маленький мальчик, который должен был быть на моей стороне, он кричал на меня, требуя, чтобы я осталась с человеком, который предал нас обоих.

— Мишаня, ты чего? — я пыталась говорить спокойно, но голос срывался. — Ты откуда это взял?

— Бабушка мне все рассказала! — заорал он. — Что ты хочешь уйти от папы! Что ты его бросаешь!

Я ахнула, прижимая руки к груди. Сердце колотилось так сильно, что казалось, выпрыгнет.

Только Богу известно, что она ему там наплела!

Зачем? Зачем она это сделала?

Я представила свекровь: она сидит на кухне, пьёт чай и спокойно, будто между делом, разрушает жизнь своего внука, настраивает его против матери. Зачем? Ради сына? Чтобы я осталась и терпела его измены?

— Если ты такая плохая и бессердечная и можешь так с нами поступить, то знай: я останусь жить у бабушки! — голос Миши дрожал от слёз и ярости. — Буду тут и буду ждать папу! Он меня любит! А ты... ты нас бросаешь!

— Миша! — я вскрикнула, подскакивая на ноги. Больная нога отозвалась резкой болью, всё защипало, но я не обращала внимания. — Что же ты такое говоришь? Мне, своей мамуле? Все не так, Миша, слышишь? Все не так! Я скоро приеду и всё тебе объясню! Милый мой, дорогой, я так люблю тебя сильно, сыночек!

— Мама! — взревел ребенок, и в этом крике было столько отчаяния, что у меня разорвалось сердце. — Я всё сказал!