Книга Пустая ловушка, страница 95 – Джон Данн Макдональд

Очнулся он в плетеном кресле — руки связаны за спинкой, рот набит тряпьем. В открытую дверь с улицы доносились голоса — хозяин-швейцарец с кем-то говорил по-испански. Ллойда он видеть не мог — его кресло было задвинуто в самый угол. Талса у двери слушал разговор. Бенни стоял за спиной у Сильвии, одной рукой обхватив ее за тонкую талию, другой плотно зажав ей рот. Темные волосы Сильвии растрепались, широко раскрытые глаза горели яростным огнем.

Разговор закончился, в комнату, закрыв за собой дверь, вошел Валерес.

— Все. Наконец-то ушел, — с трудом подбирая слова, проговорил он по-английски.

— Чего ему было надо?

— Говорит, слишком много народу для одного домика, а значит, и стоит дороже. Я дал ему восемь песо.

Талса молча пожал плечами, потом обошел окна, проверяя, до конца ли опущены жалюзи. Остановившись перед Ллойдом, он взял его за подбородок и посмотрел на него в упор сверху вниз.

— Ну, с добрым утром, малыш! Надеюсь, хорошо отдохнул? Славно провел медовый месяц? Хотя, постой!.. Какой медовый месяц? Она ведь пока еще жена Хэрри. Тогда прямо уж не знаю, как и назвать! Но ты-то парень смышленый. Как же так оплошал? Хотелось ярких впечатлений? Так придумал бы что-нибудь менее рискованное. Прыгнул бы, к примеру, с крыши отеля...

Сильвия начала вырываться. Бенни выругался.

— Утихомирь эту суку, Бенни, — приказал Талса.

Бенни повернул ее к себе и ударил. Сильвия закачалась, он подхватил ее и, скривив свое клоунское лицо в злобной усмешке, сказал, глядя на Талсу:

— Где ты хочешь с ней позабавиться, Талс?

— В спальне. Но сначала поищем деньги.

Деньги они нашли быстро. Талса принес их в комнату, придвинул стол ближе к свету и смахнул на пол все, что на нем было. Бенни уселся пересчитывать деньги. Делал он это умело, как заправский кассир, раскладывая купюры на кучки и записывая каждую сумму, потом сложил все в сумку, застегнул на «молнию» и объявил общую цифру:

— Шестьдесят четыре тысячи восемьсот десять. Слышишь, Талс, по-моему, должно быть больше.

— Хэрри точно не знал сколько... Только, сдается мне, это и впрямь не все. А ну-ка, Гиз, присмотри за цыпочкой...

— За цыпочкой?.. — Валерес растерянно огляделся по сторонам.

— За бабой, тупица! Только не вздумай трогать, просто пригляди.

Они снова сделали радио громче. Талса снял рубашку, вынул у Ллойда изо рта кляп. Ему и раньше доводилось испытывать боль, но не такую. Эта казалась ему каким-то белым огнем, выжигавшим голову изнутри. Он откинулся в кресле и пытался закричать, но Бенни заткнул ему рот полотенцем. Ллойд не знал, сколько раз терял сознание. Боль была такой сильной, что лишала его дара речи. Возможно, благодаря этому он не раскололся. Она захлестывала волнами, а когда отступала, в нем снова просыпалась все та же упрямая злость, заставлявшая его молчать. «Это все, что там было!..» — мычал он. Эти слова он выдавил из себя, наверное, раз десять.

Наконец Талса распрямился, бросил сигару, вдавив ее в пол каблуком.

— Ладно, Бенни, хватит. Заткни ему опять рот и принеси-ка текилу.

— Погоди, а когда же мы поедем?

Талса посмотрел на часы и сказал:

— Время есть. Валерес говорит, здесь недалеко можно найти подходящее местечко. Разумеется, не в темноте. Значит, выехать надо около четырех, а сейчас только десять с небольшим.