Книга Тихие люди, страница 71 – Пол Клив

Отложив в сторону планшет, я включаю телевизор. Как и ожидалось, полуденный выпуск новостей открывается последними сводками об исчезновении Зака. Студия переключается на место событий, идет прямая трансляция. Наш дом, кучка репортеров, возмущенная толпа – все это появляется на экране. Транслируемая картинка мира за моим окном проникает внутрь гостиной – настоящий шедевр сюрреализма. Слово берет корреспондент, который закатал рукава и расстегнул верхнюю пуговицу рубашки: настоящий работяга и подлинный профессионал, он упорно трудится в летнюю жару, чтобы успеть сообщить телезрителям все самое важное. Журналисту под тридцать, его волосы зачесаны на сторону, на носу очки с прямоугольными линзами в тонкой оправе. Я и раньше видал его в выпусках новостей; прежде он всегда казался достаточно приличным парнем, но не сегодня.

Закатанные Рукава докладывает, что заметных подвижек в деле пока нет, хотя полиция ведет ряд активных следственных мероприятий. Далее он сообщает, что очень уставший Кэмерон Мердок недавно вернулся домой под гневные крики протестующих, и позволяет одному из числа упомянутых протестующих получить свои десять секунд славы, заявив: «Если Мердок с наслаждением калечит девочек, подвернувшихся под горячую руку в надувном замке, только представьте, что он способен сотворить со своим собственным сынишкой!»

— Добавлю, что Кэмерон Мердок, – продолжает репортаж Закатанные Рукава, – ранее выказал очередную эмоциональную реакцию, когда, вместо того чтобы ответить на один из многочисленных вопросов, заданных ему представителями прессы, схватил микрофон кого-то из журналистов и швырнул его на землю.

В эфир идет видеозапись того момента, когда, сохраняя равновесие, я вскинул руку и сбил чей-то микрофон. Это выставляет меня в скверном свете, но я и так выгляжу паршиво – бледный и взъерошенный, в застиранной одежде не своего размера.

На экране вновь возникает Закатанные Рукава. Ему достоверно известно, что в настоящее время я нахожусь дома, запершись на все замки; подобранные им выражения создают иллюзию, будто я захватил заложников. По его данным, ранее Лизу вывели из дома и доставили в полицейский участок для дополнительного допроса. Далее, он считает своим долгом упомянуть, что разделение родителей в ходе любого подобного расследования является распространенной практикой полиции.

Затем Закатанные Рукава переходит к всплеску активности в социальных сетях. Он считает важным подчеркнуть, что полиция проводит допросы людей, позволяющих себе прямые выпады с угрозами, и намерена преследовать их по закону. Он говорит, за последние сутки наши книги получили сотни отрицательных отзывов на нескольких читательских веб-сайтах и большинство из них – хотя не все – сопровождаются оценкой лишь в одну звездочку. Демонстрируются скриншоты с двумя из них.

«Одна звезда! Я бы поставил этой книге еще меньше, если бы мог. Мне не нужно ее читать, чтобы понять, какой это шлак. Они оба – убийцы! Не покупайте их сочинений!»

«Пять звезд! Особенно мне понравился тот момент, когда авторы прикончили своего сына в реальной жизни!»

Репортер замечает, что к нашим книгам еще никогда не бывало приковано столько внимания, и у меня чешутся руки подтвердить старое утверждение «Всякая огласка – хорошая огласка»^[11], выскочив на улицу и задушив его перед камерами.