Книга Тихие люди, страница 70 – Пол Клив

Какой-то парень высовывается из окна проезжающего автомобиля, чтобы обозвать другого водителя дебилом, а после сворачивает за угол.

Я дохожу до маминой машины. Голову держу опущенной, смотрю в землю, и никто больше не пытается заговорить со мной или бросить оскорбление. Усевшись за руль, проверяю смартфон на работоспособность. В нем еще осталось немного заряда. Есть пропущенные звонки и голосовые сообщения – от неизвестных мне людей, по всей вероятности журналистов; их я прослушаю позже. Джонас Джонс ответил электронным письмом, что смог бы заглянуть ко мне чуть позже. Отправляю ему согласие.

По прибытии домой я обнаруживаю еще больше полиции, но и толпа тоже заметно выросла. Люди успели поделиться на отдельные группы. Есть представители СМИ с камерами и микрофонами. Есть зеваки, которым любопытно, сильно ли отличается реальная жизнь от телевизионного шоу. И есть третья, самая большая группа – те люди, что решили принять в этом самом шоу активное участие. В руках у них плакаты с фотографиями Зака; на некоторых транспарантах намалевано уже приевшееся клише: «Детоубийцы!», на других – мое собственное фото с мишенью поверх лица. Немало и картонок, требующих «Справедливости для Айви!» или «Справедливости для Зака!»…

Теперь в начале квартала стоят патрульные машины, которые с помощью барьера впускают или не впускают транспорт, но не препятствуют людям ходить туда или обратно. Медленно подъезжаю к заграждению. «Только не задавите там никого», – предупреждает полицейский, прежде чем сдвинуть барьер в сторону.

Я еду вперед, никого не сбивая, как и просил полицейский. Слышу, как толпа что-то скандирует, но разобрать, что именно, не удается. Заезжаю на подъездную дорожку, но не могу открыть гараж – я ведь на маминой машине, и нужного пульта у меня нет. Приходится выбираться наружу, и скандирование сразу обретает смысл: «Смерт-на-я-казнь! Смерт-на-я-казнь!» А ведь я знаком кое с кем из этих людей. Среди них наши соседи, родители одноклассников Зака, работники ресторанов и кафе, которые мы посещаем. Журналисты проходят мимо полиции и тычут мне в лицо микрофонами и камерами. Я отшатываюсь, задеваю боковое зеркало и вскидываю руку, чтобы не потерять равновесие, – чей-то микрофон летит на землю. Вмешивается полицейский: он велит всем сделать два шага назад, а мне – немедленно зайти в дом, что я и делаю. Запираю дверь, прислоняюсь к ней и застываю в прихожей без движения. Вслушиваюсь в крики за стеной, потом перехожу в гостиную; ничего не меняется. Выглядываю из-за опущенной шторы на пеструю толпу, которая наводнила нашу тихую улицу. Зак все еще остается где-то там, по другую сторону этого безумия.

Жены дома нет. Я звоню детективу Кент, и та говорит мне, что Лиза прибыла в участок с полчаса тому назад. Должно быть, мы оказались там почти одновременно.

— Вы не знаете, она собирается вернуться домой?

— Мне ничего не известно о ее планах, но я передам, что вы звонили.

Возвращаюсь в Сеть. Захожу на полицейский сайт, посвященный поиску пропавших без вести. На самом верху списка – профиль Зака, снабженный всеми приметами и данными о росте, весе, группе крови. Прокручиваю страницу вниз. Пропавших без вести так много, что почти заслуживает добавления к перечню особых черт новозеландцев. В основном это взрослые, которые потеряли контакт с родными, решив пожить вдали от благ цивилизации, – но их именами список далеко не ограничивается. В отдельных случаях полиция подозревает, что дело нечисто: без присмотра брошены кошельки, телефоны и автомобили. Попадаются и другие пропавшие дети. Один отец улетел с сыном за границу, когда пришла его очередь заняться ребенком на выходных, и теперь связи с ними нет. Два года назад другой отец взял сына в пеший поход по западному побережью; с той поры обоих никто не видел. В прошлом году бесследно исчез восьмилетний мальчик – после ссоры с родителями на детской площадке. Он отказался уходить и, доказывая свою правоту, родители уехали без сына, а вернувшись через пару минут, не смогли его найти. Здесь же описан и случай с маленькой девочкой, ровесницей Зака: она пропала всего две недели тому назад, упав в воду с кормы катера.