Книга Тихие люди, страница 57 – Пол Клив

— Вы уж простите, – роняет Ребекка, возвращая телефон в карман. Сказывается недосып: вчера вечером, прежде чем выключить ночник, она прочла первые полсотни страниц одного из романов, которые захватила домой. В книге шел рассказ об отправившейся на пикник семье, о двух детях, побежавших играть в лес, и только об одном, вернувшемся обратно. Совсем не похоже на развитие событий вокруг Мердоков, но Ребекка и не думала прочесть о чем-то подобном. Если бы ход дела аккуратно следовал сюжету одной из их книг, это только усугубило бы подозрения. Но, с другой стороны, Мердоки наверняка резонно возразили бы: нужно быть сумасшедшими, чтобы спланировать преступление по уже описанному сценарию. – О чем вы сейчас говорили?

Женщина продолжает. Ее зовут Дебора Хаббард, и с момента своего появления у дома этой свидетельницы Ребекку не покидает мысль о том, что даже если человечество найдет способ положить конец климатическим изменениям, Хаббард продолжит и дальше успешно коптить небо в одиночку, судя по количеству выкуриваемых ею сигарет. Мусорный бак на колесиках опрокинут и лежит на тротуаре, а все высыпанные из него отходы украшают желоб водостока. Причем бак Деборы – не единственный. Буквально все мусорные контейнеры на этой улице лежат на боку; пластиковые бутылки, картон и садовые отходы разбросаны по асфальту. Кое-кто из соседей уже занят уборкой, но большинство еще не заметили или не успели выйти из своих домов. Все это случилось прошлой ночью, всего в минуте ходьбы от парка Антберри, куда Кэмерон Мердок приезжал вчера утром в поисках сына.

— Я сто раз говорила, что такое случается примерно раз в месяц. Причем им совершенно плевать, какие баки выставлены. Это все местная детвора безобразничает, уж будьте уверены. Знаю, мы не единственные, кто вызывал по этому поводу полицию, но тут ничего не попишешь, верно? Иначе вы уже давно положили бы конец этому хулиганству. Только у вас полно забот и помимо перевернутых мусорных баков, так ведь? Надеюсь, эти детишки рано или поздно подрастут, или переедут отсюда куда-нибудь, или попадут под грузовик… – вздыхает Дебора. Скорчив кислую мину, добавляет: – Ну, с последним я не всерьез.

— Полагаю, вас такой расклад мало устраивает? – замечает Ребекка.

— Мы живем здесь уже сорок лет, и первые тридцать восемь жаловаться не приходилось. Теперь стало хуже. Мы исправно платим налоги, а все они – и правительство, и город – только и знают, что деньги с нас трясти, тут они рады стараться. Только когда нам что-то вдруг требуется, их и след простыл. Никому нет дела.

Кент предпочитает не отклоняться от основной темы.

— Расскажите, где и как именно была найдена одежда.

— Ну, она сразу бросилась мне в глаза, потому что все остальное – это отходы для переработки, понимаете? Или трава с листьями, всякий мусор с лужаек и клумб. Не представляю, из которого именно бака выпала одежда, потому что тут все перемешалось, когда их опрокинули. Люди есть люди, они вечно оставляют мусор в чужих баках, и те, кому все едино, они и об окружающей среде не заботятся, но я-то забочусь! Поскольку баки с мусором для переработки и с овощными очистками – не место для тряпок, я их все собрала и бросила в свой бак для бытовых отходов.

На этой неделе отсюда вывозят зеленые и желтые контейнеры. На следующей придет черед зеленым и красным – последние предназначены для обычного бытового мусора. Зеленые баки забирают еженедельно, а красные и желтые – через неделю, по очереди. В этой части города мусор увозят по утрам во вторник, и большинство местных выставили свои наполненные баки еще накануне.