Книга Медовый месяц без волшебства, страница 57 – Нина Тимолаева

В гостиной примерили, как раздвинуть стол. Его можно было повернуть длинной стороной к окну; тогда проход от кухни оставался свободным. Часть стульев стояла наверху, обычных и крепких, их принесли вниз заранее. Раймунд взял один слишком высоко, ножка зацепилась за поручень, и он оказался на лестнице в нелепом объятии с собственной мебелью.

— Не тяни, — сказала Генриетта снизу.

— Я не тяну. Мы обдумываем дальнейшее.

Она поднялась на ступеньку, освободила ножку и спустилась первой. Раймунд последовал за ней, удерживая стул теперь низко. У поворота ее плечо коснулось его руки. Он подумал, что еще несколько дней назад почти каждое совместное усилие заканчивалось раздражением. Сейчас трудность оставалась, но ему хотелось рассказать о ней, а не предъявить.

Поставив стул, он задержался возле окна.

— Генриетта.

Она обернулась с другим стулом в руках.

— Поставь пока, пожалуйста.

Она поставила и выпрямилась. Он видел, что насторожил ее, и пожалел о слишком серьезном начале, однако другого не нашел.

— Я сказал тогда, что ты принимаешь всех, кроме меня. Это было неправдой. И я знал, что это неправда, пока говорил. Хотел, чтобы ты почувствовала, как мне обидно, и сделал больнее, чем собирался.

Генриетта опустила взгляд на спинку стула.

— Я все еще иногда это слышу, — ответила она.

— Понимаю.

Он чуть не добавил объяснение про возвращения после работы, но остановился. Свою часть разговора он уже произнес тогда достаточно подробно. Сейчас речь шла о фразе, которую нельзя было сделать справедливой, подобрав к ней удобный случай.

— Мне жаль, — сказал он. — Я не хотел ни жить отдельно, ни чтобы ты перестала звать людей. Но сказанное было именно про это, как будто ты оставила мне только дверь.

Она провела ладонью по спинке.

— Я не хочу всю жизнь встречать тебя как гостя. Мне иногда самой хочется, чтобы меня встретили. Не потому, что я далеко ходила. Просто я тоже прихожу домой.

Раймунд кивнул.

— Завтра ты после занятия приходишь сюда. Стол уже будет стоять. Я встану вовремя и закончу то, что останется до пяти.

— Не начинай сейчас доказывать делами все сразу.

— Хорошо.

Она подняла глаза, и он увидел, что напряжение в ее лице стало чуть другим. Не исчезло; брови оставались сведенными. Он не попросил ее улыбнуться и не подошел обнимать, чтобы закончить разговор красиво.

— Я рада, что ты сказал, — произнесла Генриетта. — Просто у меня не получается сразу перестать сердиться на ту фразу.

— Не надо сразу.

Она кивнула, взялась за стул и передвинула его к стене. Потом попросила подать ей скатерть и узкую дорожку для середины стола. Раймунд подал.

До полудня он вышел в обсерваторию. Нужно было оставить ответ Сильвестру и проверить принадлежности к собственной смене. Дорога шла вверх, ветер тянул за полы плаща. Раймунд шел довольно быстро, раздумывая, как сказать, и поймал себя на нелепой попытке придать отказу такую форму, чтобы ни капли не выглядеть менее увлеченным работой.

Сильвестр встретился у входа в читальный зал.

— Завтра не приду, — сказал Раймунд. — После чая остаюсь дома. Возьму все окончание вечера.

Коллега кивнул.

— Тогда позову другого к листам. Сегодня твоя ночь, все без перемен?

— Без перемен. И двадцать первого тоже моя, как договорились.

— Отлично. Я уже обещал Беатрисе не возвращать ту ночь обратно.