Книга Избранная, страница 112 – Юлия Белова

Но и противник нёс потери.

Евнухи, вооружённые луками, и те немногие стражи, что остались во дворце, осыпали нападавших стрелами. Меткие, беспощадные выстрелы выкашивали ряды атакующих. Враг явно не ожидал такого отпора.

Анна стояла на стене — неподвижная, словно изваяние. Но в глазах её горел огонь, а голос, когда она отдавала приказы, звучал чётко, без тени сомнения.

— Тушить огонь! — скомандовала она, увидев, как пламя охватило один из складов и перекинулось на соседнюю сторожку.

Евнухи метнулись к бочкам с водой, подхватили вёдра, начали заливать огонь. Движения их были слаженными — они знали, что делать.

— Госпожа! — раздался крик Сайса.

Анна обернулась. Юноша указывал вниз, туда, где воины Магнеша сумели подобраться вплотную к стене. Они уже устанавливали крюки, готовили лестницы — собирались лезть наверх.

— Подготовьте масло, — коротко приказала Анна.

Её люди бросились выполнять приказ. Тишина. Напряжение. Лишь треск пламени и далёкие крики доносились со двора.

Анна следила за противником. Каждая секунда тянулась, как вечность. Она ждала момента — того самого, когда первые смельчаки достигнут середины стены.

— Поджигай!

Горящее масло хлынуло вниз.

Крики боли и ужаса разорвали предрассветную тишину. Запах горелой плоти и густой дым заполнили воздух. Дышать стало тяжело, но никто не отступил.

Дворец держался.

Анна пристально следила за сумятицей внизу — за метавшимися фигурами, за вспышками огня, за хаотичными движениями вражеских воинов. Её взгляд, острый и цепкий, выхватывал каждую деталь: кто‑то споткнулся, кто‑то поднял щит, кто‑то замер в нерешительности. Она прикидывала, куда ударит следующий снаряд, где противник ослабит натиск, где можно контратаковать.

В этой напряжённой концентрации она не заметила, как рядом, чуть позади, побледнел Сайс.

Его пальцы, сжимавшие край стены, побелели. Дыхание стало прерывистым, а глаза — широко раскрытыми, словно он видел не дворцовый двор, охваченный боем, а что‑то иное. Что‑то далёкое, страшное, из прошлого.

Воспоминания нахлынули, как волна, сметающая всё на своём пути.

Деревня. Дым. Крики.

Он снова там — маленький мальчик, прячущийся за плетнём, дрожащий от ужаса. Он видит, как чужие люди с грубыми лицами и тяжёлыми цепями врываются в дома, хватают женщин, детей, стариков. Слышит плач, мольбы, удары кнутов. Чувствует запах гари, пота, крови.

Один из работорговцев замечает его. Широкая ухмылка. Тяжёлая рука хватает за плечо. Холодный металл ошейника…

Сайс вздрогнул.

Реальность вернулась резко — стук мечей, запах дыма, голос Анны где‑то рядом. Но тело его всё ещё сковывал ледяной ужас. Мышцы будто окаменели, дыхание застряло в горле. Он попытался сделать шаг, но ноги не слушались.

Перед глазами всё ещё стояла та картина: его бабушка, схваченная за волосы, её взгляд, полный отчаяния, когда её уводили прочь.

— Сайс? — голос Анны прорвался сквозь пелену страха.

Она обернулась, наконец заметив его состояние. В её глазах — мгновенная тревога, затем твёрдость.

— Смотри на меня, — приказала она, и в тоне её не было ни раздражения, ни снисхождения. Только сила, способная вырвать его из прошлого. — Смотри на меня.

Он заставил себя поднять взгляд.

Анна стояла перед ним — прямая, собранная, её лицо было спокойным, почти безмятежным, но в глазах горел огонь, который нельзя было не почувствовать.