Книга Конец света. Детка и Кракен, страница 26 – Оксана Северина

Я смотрю на Лешку, сидящего рядом с водителем, на его рыжий выстриженный висок, вспыхиваю и шиплю:

— Тише ты, он же услышит!

— И что? Пусть слышит! Может, наконец сообразит. Ведь если не сегодня, то когда? Остаются считанные недели до того, как он уедет учиться в Новосибирск. Он так и оставит тебя изнывать в неопределенности?

Я пожимаю плечами. Не сказала бы, что я изнываю.

— Но что ты ответишь ему? При условии, что этот осел, конечно, осмелится.

— Осел? Лешка? Ну ты даешь!

И это она говорит после того, как тот натаскал ее к экзаменам, помог заработать достаточное количество баллов для поступления в медицинский колледж?!

— Так «да»? Или «нет»?

— Я не знаю. А что мне светит? Отношения на расстоянии? Это чепуха, Майка, ты и сама должна понимать. Уж лучше пусть все останется так, как есть.

То, что Лешка Рыков молчит о своих чувствах и лишь смотрит на меня щенячьим взглядом, кажется мне очень разумным, как и все, что он делает. Зачем начинать то, у чего нет продолжения? Нам обоим будет только больней.

— И ты просто так выпустишь из рук свою первую любовь? Даже не попробуешь за нее побороться? Совсем, что ли, Анька? — Майка крутит наманикюренным пальцем у виска.

— Кто бы говорил! — хмыкаю, намекая подруге на ее секретную влюбленность в Сашку.

Потому что если я не переведу стрелки, на меня обрушится целый водопад нравоучений: что от меня веет холодом, как от надгробной плиты; что Лешка — самый подходящий мне парень, и если не он, то я так и умру старой девой на шезлонге на заднем дворе. И все в таком духе.

— Даже не сравнивай, тут совершенно другое. Вокруг Рагозина всегда толпы безумных фанаток, нужно еще постараться его отбить, а я пока не готова. Но Лешка — вот он, уже весь твой, тебе надо лишь немного его подтолкнуть.

— И когда же, по-твоему, ты будешь готова его отбить? Майка, Сашка ведь тоже укатит в свою Москву, ты не забыла? — спрашиваю, пропуская часть про Лешку мимо ушей. Сама напросилась.

Она смотрит на меня расширившимися от ужаса глазами. Закусывает маленькую нижнюю губу и выглядит ужасно мило, если не знать, что это — жест крайнего негодования.

— Ну ты и зараза! — восклицает Майка и отворачивается к окну.

Дышит на него и на запотевшем кусочке стекла выводит изящным пальчиком «А+А», секунду думает и обводит буквы сердечком.

Я гляжу в зеркало заднего вида и встречаюсь с улыбающимися глазами Лешки. У меня заливается жаром не только лицо, но и кожа на груди.

— Сама зараза! — тычу локтем прямо в расшитый жемчугом лиф Майкиного бального платья и бросаюсь стирать уже исчезающие буквы. Ну что за ребячество, честное слово!

Зал ресторана встречает нас звуками классической музыки, что фоном льется из динамиков, пока собираются гости. Над пустым пока танцполом кружится зеркальный диско-шар, отбрасывая блики на стены и накрытые скатертями столы с приборами и букетами в хрустальных вазах.

— Принесу нам напитки, — говорит Лешка, оставляя нас с Майкой посреди нарядного зала. — Не скучайте, девочки, я быстро.

— Если найдешь алкоголь, то неси сразу столько, сколько влезет в руки! — весело кричит Майка в его удаляющуюся, затянутую в праздничный черный пиджак спину. — Нам всем сегодня стоит напиться.

Майка подмигивает мне, напоминая кого-то, кого я никак не могу вспомнить. Она быстро заводится, но так же быстро остывает и никогда не помнит зла, за что я люблю ее еще сильней.