Книга Чтица императора, страница 18 – Елена Алексеевна Кузнецова

— Куда мы спешим? – всё же спросила я, устав запинаться о корни и камни, прятавшиеся в траве.

— Как можно дальше от ловушки.

— Ловушки?

— Беседки, – пояснил Бэзил Гарибад. – Раз нам подмешали афродизиак, а не редкий яд, значит, рассчитывали на пикантное зрелище. И скоро могут появиться зрители. Если бы не вы, Эвелин, я бы остался, чтобы точно знать цели недоброжелателя.

— Думаете, я вам помешаю? Я немного владею защитной магией.

— Вы, конечно, способны на многое, Эвелин, но я предпочту не рисковать вами. Слишком мало сведений, чтобы судить о степени опасности.

— Опасности?

— Вы знаете, что такое афродизиак? Как они действуют? – спросил Гарибад, выведя меня наконец на малохоженную, судя по пробивающейся между камней траве, дорожку.

— Да, – подтвердила я и смущённо покраснела под внимательным взглядом мужчины.

— Тогда понимаете, чем могло бы закончиться наше свидание. Отнюдь не так невинно, как я задумывал.

— Я всё равно не понимаю в чём опасность для вас. Даже если кто-то нас увидел бы, окончательно рухнула бы только моя репутация.

— Моя бы тоже пострадала. Всё же я женатый человек.

— Что-то это вас до сих пор не останавливало!

— Но всё же прямых поводов для насмешек над моей супругой я старался не давать. Но вы правы, Эвелин, моей репутации случившееся особо не повредило бы.

— Только не старайтесь убедить, что заботились исключительно обо мне!

— Не собираюсь. Вы всё равно не поверите, – засмеялся Гарибад и, остановившись, принялся меня внимательно осматривать.

Я едва не отпрыгнула, когда он вдруг наклонился к моим ногам и схватил меня за юбку. Лишь заметив листик в его руках, поняла, что Гарибад собрался устранить следы нашего пребывания в кустах.

— Возможно, кто-то действительно хотел предъявить кому-то подтверждение вашего легкомыслия и окончательно разрушить вашу репутацию. А я выступал бы как необходимое, но легко заменяемое дополнение к сцене. И в самом безопасном для меня варианте невольные свидетели, увидев всё, что хотели, молча покинули бы нас, не став мешать. И мы бы даже не узнали, что свидетели были. Подмешанный нам афродизиак не только пробуждает страсть, но и основательно путает сознание.

Говоря это, Бэзил продолжал осматривать меня и снимать приставший мусор с моих волос и платья. Это без всякого афродизиака смущало меня и заставляло сердце биться быстрее. Поэтому я сердито сказала:

— Зачем же тогда вы разрушили их планы? Разве это не то, что вы и так хотели, – овладеть мной?

— Милая Эвелин, я, конечно, хотел обладать вами, но не так. Во-первых, я хотел бы сделать это в полном сознании, контролируя, так сказать, процесс, а не одуревшим от похоти, как мартовский кот. Во-вторых, наличие зрителей иногда придаёт яркости ощущениям, но в случае с вами я в дополнительных стимулах не нуждаюсь.

Я не видела себя со стороны, но по ощущениям - полыхала от смущения. Полюбовавшись этим зрелищем какое-то время, Бэзил продолжил:

— А в-третьих, дорогая девочка, я уже не пылкий вьюноша, у которого одна мысль – как заполучить на своё ложе понравившееся тело. И телом и ограничиться. Мне вы нужны вся, целиком, а для этого афродизиак не помощник. Вы бы возненавидели меня потом. Вы ведь умеете накладывать отвод глаз? – внезапно переключился Гарибад.

— Да.