Онлайн книга «Минута до Бруклина»
|
— Говоришь как сварливый отчим о приемных засранцах, — рассмеялась Ева. (у моих песен есть сердце, говоришь? их сердцем всегда была ты) Я хотел произнести это вслух, но не успел. Ева, вдруг повинуясь какому-то внутреннему порыву, забралась на каменные перила моста, перетягивая на себя все внимание окружающих. Она встала на перилах в полный рост, развела руки в стороны, улыбаясь мне совершенно безумно и завораживающе. Ветер трепал ее волосы и одежду, как парус в шторм. — Только посмотри на нас, Салем! Какие же мы неудачники! — Ева смеялась заливисто и горько, я взглянул на нее, совершенно смущенный и влюбленный. — Мы стоим в самом сердце моей мечты! А ты? Да твою мечту только глухой не слышал! Какие же мы несчастные, да? Бестолковые, несчастные люди! — Ева… — Забирайся ко мне! Я, повинуясь, схватил протянутую ко мне руку и оказался вместе с Евой на перилах. Ветер заставил меня отчаянно ловить равновесие. Мы приковали к себе все внимание случайных зевак и туристов, кто-то даже щелкнул фотоаппаратом. Я подумал о темной воде под нами, об ударе о нее, что с такой высоты будет равносилен удару об асфальт. Адреналин защекотал мне спину, я расхохотался, раскидывая руки в стороны так же, как это сделала Ева. — Мы просто конченые, — заорал я. — Абсолютно бестолковые! — Посмотри на этих «нормальных», — смеялась Ева, кивая на толпу перед нами. — Они же ни черта не понимают! — Живо спускайтесь, молодые люди! — перекрикивая нас, завопил материализовавшийся из ниоткуда коп, пробираясь к нам сквозь зевак. — Хотите свалиться вниз? — Было бы неплохо, да? — подмигнула мне Ева, спрыгивая обратно на тротуар. Я подумал, что для меня все, что мы будем делать вместе, однозначно неплохо. * * * — Я хочу говорить о тебе. Мы провели в моем царстве весь день. Мне нужен перерыв. — Мне нравится в твоем отлетевшем царстве. — Мое безумие отражается в тебе чище, чем в зеркале. Оно тебе даже идет. — Тебе тоже очень идет. Ева улыбнулась. — Мне нужны ответы, — мягко напомнил я, подливая кипяток в кофе. — Бесконечные «почему» скоро посыпятся из меня, как горох из худого мешка. Ева кивнула и села рядом, подтянув колени к подбородку. — Сначала я не писала никому, потому что в старых связях было слишком много эмоций. Я решила отречься от всего, что могло сбить меня с курса. Приехав в Бруклин, я была разочарована. Я бы сказала иначе, но не подберу слов, чтобы описать свое состояние, когда я увидела ЕГО. Настоящий Бруклин, Салем… В тот день автобус вез меня по мосту, и меня колотило так, что женщина, сидевшая рядом, предложила мне свою помощь. Мне не было плохо. Меня колотило от предвкушения. Я вышла на остановке, нет, я выбежала из автобуса… И ничего. Дома, дороги, светофоры. Больше ничего. А что я вообще хотела увидеть? Я ведь этот образ даже в своей голове собрать воедино не могу. Почему я решила, что Бруклин будет отличаться от Куинса или, скажем, Бронкса? Почему я когда-то так зацепилась за… Ты только подумай — за название района! — Ева избегала моего взгляда. — Я даже не могу вспомнить, когда это слово сдвинуло мне «точку сборки». Мне кажется, что я родилась уже одержимая. Эти крыши, это слово, — все это должно было что-то дать мне… «…а в итоге — забрало все», — я подумал, что именно так Ева должна была закончить. |