Книга Когда белые древа перестанут цвести. Том первый, страница 63 – Шань Фэн

Ему, как и всем остальным людям Внешних земель, было неведомо, как именно властелины отбирали свою дань, но он старался сделать всё возможное, чтобы привить этим юношам и девушка хотя бы чуточку благородства.

Следом за уроками Юнь Вэня шли занятия по этикету, которые вела мастер Ин Хаолин. Эта пожилая женщина не вызвала у Люи ни приятных, ни неприятных чувств. Он определённо испытывал уважение к её возрасту и мастерству, однако наставник Юнь Вэнь нравился ему куда больше.

Эта часть обучения проще всего давалась Хао Янмэй, но всё время занятий лицо девушки воплощало лишь скуку. Казалось, будто она считала, что впустую тратит время на то, что уже и без того хорошо знает.

Сунь Юнху был очень неуклюж – возможно, из-за этого он выглядел глуповато. Этикет давался ему с огромным трудом. Но много вертеться у Люи возможности не было: едва застав кого-то за нарушением дисциплины, мастер Ин Хаолин вызывала того перед классом и на его примере разбирала ошибки других учеников. Раз попробовав её метод на своей шкуре, юноша решил, что не так уж и хочет знать, как кто справлялся с материалом.

К концу занятий Люи казалось, что всё его тело болит и ноет оттого, как долго и в каких непривычных позах ему приходилось стоять и сидеть. И когда мастер Ин Хаолин наконец отпустила учеников, он выдохнул с огромным облегчением. Но в тот же момент, не дав божественным избранникам ни минуты передышки, в зал нагрянула наставница Ли Бин.

Когда она вошла, по спине Люи пробежал холодок. Именно с этой женщиной он столкнулся в прошлый раз на выходе из зала для занятий. Теперь, когда появилась возможность рассмотреть её лучше, Люи понял, что совсем этого не хотел. Он предпочёл бы вообще не контактировать с подобным ей человеком.

На вид мастеру Ли Бин перевалило немногим за тридцать, но однотонные тёмные одежды делали её чрезмерно строгой и собраной даже для этого возраста. В руках наставница держала свёрнутую в трубочку книгу, а её тонкие брови сводились над переносицей в неприветливую морщинку.

Мастер Ли Бин сходу объявила, что обучение дани – вовсе не её задача, и она лишь заменяет на должности наставника другого человека, поэтому действовать она будет, как привыкла, и не примет к рассмотрению никаких жалоб, а все, кто устали, проголодались или что бы то ни было ещё, должны взять себя в руки и терпеть до конца занятий.

Люи с тоской подумал, что ей следовало бы командовать охраной знатного господина или быть распорядителем воинских игр. Он и не догадывался, насколько был близок к истине.

— Мы с вами живём в очень несправедливом мире, – сходу начала мастер Ли Бин, и костяшки её пальцев, сжимавших книгу, обозначились отчётливее. – В то время, как одним достаётся всё, другие вынуждены влачить жалкое существование, деля меж собой ограниченные ресурсы. Вы всё поняли верно, – добавила она. Обведя учеников суровым взглядом, – сейчас я говорю о тех, кого принято именовать «богами», и нас – простых смертных.

В зале повисла тишина. Никто из собравшихся ещё ни разу не слышал, чтобы властелинов двух миров ругали так откровенно. Конечно, народ частенько роптал на разные ограничения и запреты, но никто никогда не делал это так смело. Среди населения Вайди бытовало мнение, что у богов повсюду имелись глаза и уши, и каждое неосторожное слово тотчас доносилось до владык. Стоявшая перед учениками женщина, похоже, этого мнения не разделяла.